Погода
26 Июня 2020
Общество

Тайны черноморских линкоров

Источник фото:  business-crimea.com
Источник фото: business-crimea.com

Краснодар, 26 июня – Юг Times. Мы продолжаем публиковать главы 16-й книги известного кубанского писателя Владимира Рунова «Тайны черноморских линкоров». В нее вошли произведения самых разных жанров - от исторической публицистики и портретных очерков до киносценариев, написанных давно, но, к сожалению, так и не получивших воплощения на экране, хотя и заслуживших одобрение видных кинокритиков.

ВЛАДИМИР РУНОВ, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани. 

Продолжение. Начало в № 13 (362) от 1 апреля 2020 г.

Однажды с тем же Рябко мы приехали в село Киевское, что под Крымском. Толя для газеты снимал подготовку к празднованию Дня Победы в тех местах, где находится легендарная Сопка Героев. Один из ее героев был с нами - председатель сельсовета по фамилии Черный (к сожалению, не могу вспомнить его имя-отчество). Он был инвалид, ногу потерял в бою тут, неподалеку. Как всякий фронтовик, рассказывал скупо, но так, что мороз по коже. До ночи пролежал в воронке, пока на окровавленной плащпалатке его не утянули в тыл две девушки-санитарки, пытавшиеся в той же воронке укрыться от обстрела. 

- Сейчас тут советской властью руковожу, - засмеялся Черный, проведя рукой по станичной панораме. - Давайте зайдем в школу, я вас с героиней почище меня познакомлю... 

Ею оказалась невысокая пожилая хрупкая женщина, одетая в мешковатую вязаную кофту, с тихим голосом. Этакая сельская учительница, уж точно не похожая на героиню. Скорее, наоборот, из тихонь, которую без жалости мытарят двоечники. 

- Вот, познакомьтесь - Софья Андреевна Водяник, учительница литературы и русского языка, - Черный с подчеркнутым уважением усадил ее перед нами. - В годы войны - штурман Гвардейского женского полка ночных бомбардировщиков, которой командовала подполковник Бершанская. Имеет четыре сотни боевых вылетов, награждена орденом Красного Знамени, двумя - Отечественной войны первой степени, Красной Звезды… 

- Тоже двумя, - улыбнулась учительница. 

Даже вездесущий Рябко растерялся, уж больно пожилая скромница не походила на героическую летчицу, тем более самую молодую из летного состава прославленного полка. Одна из многих, кто после войны стали учителями, инженерами, режиссерами, переводчиками, домохозяйками, а главное - женами и матерями. Это их портреты по улицам и площадям в составе «Бессмертного полка» несут сегодня внуки и правнуки, возвращая потомков к памяти тех, кто в грозный час без раздумья вставал в боевой строй, даже в качестве боевых летчиц. 

Сегодня Тамань переживает второе дыхание, связанное со своим новым рождением. Ее историческое очарование подчеркнуто современным вниманием на самом высоком государственном уровне. Это как раз тот случай, когда не было бы счастья, да несчастье помогло. Я имею в виду динамично ухудшающуюся ситуацию на Украине, где сегодня правят бал классические отморозки и образцово-показательные идиоты. 

Кстати, чтобы не быть голословным, приведу пример из собственных впечатлений, полученных от первого преодоления Крымского моста. Когда вы подъезжаете к нему со стороны Тамани, то где-то километров за шестьдесят резко меняется дорожный пейзаж, причем на уровне самых высоких международных стандартов. Вот где сегодня находится настоящая скоростная магистраль со всеми видами обустройства: разделительной полосой, освещенностью, разделанными откосами, прекрасным покрытием. Поэтому летишь к Азову в удовольствие, понимая, что пройдет какое-то время, и рядом, на еще большей высоте, помчится скоростная двухпутная железная дорога. Не хочу перегружать восторженным словоупотреблением - все надо посмотреть самому! У каждого человека от увиденного будут свои ощущения, если он, конечно, нормальный. Это я о желаниях украинских отморозков по поводу намерений разрушения (лучше разбомбления) Крымского моста, о чем в открытую рассуждают с трибун желто-блакитные депутаты. 

Сегодня Крым и Тамань не просто соединила скоростная дорога, нынче исконно русские земли связаны твердой надеждой, что навсегда уйдет в прошлое государственное безумие, превратившее один из лучших уголков российской территории в место националистического противостояния и народных ограблений. 

Что это такое, можно убедиться сразу, как только колеса вашего автомобиля коснутся крымского берега. Прежде всего меняются цвета и формы. Здесь сегодня работают экскаваторы и краны, перелопачивая горы рыжей почвы, срезаются исполинские косогоры, по которым денно-нощно кладут рельсы и шпалы. Но не заметить бедности и заброшенности живущих тут людей просто невозможно. По выжженным склонам разбросаны какие-то… нет-нет, не дачные домики, а будки, огороженные чем попало: проволокой, старым шифером, ржавым кровельным железом. Растения хилые, неухоженные, с поливной водой пока еще напряженно. 

Лучше всего, если хотя бы коротко заскочите в Керчь. Она рядом, и тогда глубже усвоите, почему крымчане подавляющим большинством порвали с украинским владычеством, точнее, с владыками, из которых многие такие же украинцы, как я - покоритель Эвереста. 

Керчь сегодня - это Анапа шестидесятых годов, без железной дороги, аэропорта, с одноэтажными постройками, кривыми, засыпанными ракушкой улочками и несколькими зданиями, обозначающими центр. В городе я не заметил ни одного башенного крана. Пока еще решаются основные проблемы жизнеобеспечения: устойчивого водо- и энергоснабжения, строительной индустрии и, безусловно, занятости населения. Почти все предприятия стоят или только начинают движение. 

Помните, ведь именно в Керчи находится одна из крупнейших судостроительных фирм Европы - завод «Залив», который спускал на воду суда самого широкого назначения, от боевых кораблей до научно-исследовательских лайнеров. В том числе именно здесь впервые построено несколько отечественных супертанкеров, гигантских нефтеналивных сооружений в 180 тысяч тонн водоизмещением. 

Недавно глава республики Сергей Аксенов заявил, что завод вновь ожил и способен выпускать корабли, вплоть до авианосцев. Это похоже на правду, и, безусловно, будущее Крыма, прежде всего развитие его экономики, связано с самым главным достижением современности - сооружением суперперехода через Керченский пролив, о котором мечтали сотни поколений. 

Но за победительной суетой не забыть не менее важное - памятные события и имена, тесно вплетенные в историю российской государственности. В том числе и зловещую нагонную волну, которая набрасывается на российское побережье примерно раз в полвека. При этом помнить, что ураганный ветер, что рушит все разумное, дует всегда с противоположной стороны. 


КОНСТАНТИН СИМОНОВ И КУБАНЬ 

Краснодар в биографии генерала Рослого был проходным этапом. Войска здесь не задержались, поперли немца дальше, на юг и на запад, готовя плацдарм для взятия Крыма. Но в первый день освобождения столицы Кубани Иван Павлович сумел уделить журналистам «Красной звезды» пару часов. Симонов передал по ВЧ корреспонденцию о том, что видел в обугленном, исстрадавшемся городе. Материал тут же пошел в номер, благо Халип исхитрился и попутным самолетом отправил проявленные пленки. 

- Давайте, друзья, поужинаем вместе, - предложил Рослый. - Разносолов не обещаю, но сыты будете, и наркомовскую чарку нальем! Есть за что, братцы, выпить! Два месяца аж из-под Владикавказа их, иродов, гоним, все остановиться не можем... Так бы вот до Берлина! - сказал мечтательно, а потом, подумав, добавил: 

- Мне сегодня сказали, что в этом доме в Гражданскую Деникин квартировал... Вот как бывает! - разлил по стаканам водку. В мятом термосе принесли раскаленный борщ, положили на тарелки ломти ржаного солдатского хлеба, соленые огурцы и американскую тушенку, с начала года поступавшую в войска, тут же названую острословами «Второй фронт». В середине застолья осторожно вошел адъютант и, наклонившись к Рослому, что-то шепнул на ухо. 

- Михалыч! - обратился тот к Симонову. - Там, в аппаратной, срочная шифрограмма тебе из Москвы... Сходи, прочитай... Проводи! - кивнул адъютанту. 

Симонов вернулся заметно погрустневший: 

- Приказано: завтра край, выехать в Ростов. А на чем? «Эмка» развалилась, шофер болен... Товарищ генерал! Иван Павлович, голубчик, - вдруг просительно обратился он к Рослому, - выручи, дай машину... Рослый рассмеялся: 

- Костя, ну как я могу тебе отказать, автору такого стихотворения. Да меня бойцы на штыки подымут! Конечно, дам! А ну-ка, старшина, - обратился к ординарцу, присматривающему за столом, - позови полковника Касабьяна, - и снова повернулся к гостям: 

- Сейчас его сильно огорчу, - и пояснил: - Представляешь, поймал недавно свою мечту - получил американский «Виллис»... Радовался, как дитя малое... Машинка, конечно, ничего... 

Поскрипывая блестящими ремнями, вошел Касабьян, начальник тыла корпуса, пожилой носатый армянин. 

- Мартирос Дмитриевич! - ласково зарокотал Рослый. - Гости у нас дорогие, Константин Михайлович Симонов с товарищем... Да-да, тот самый! Просьба к тебе огромная, одолжи на пару суток своего «Виллиса». С водителем, конечно. Надо отвезти ребят до Ростова, их начальство велит. Сам генерал Ортенберг звонил, редактор «Красной звезды». Непреклонный мужик, я его еще по академии помню, о боях на Халхин-Голе нам рассказывал. Глядишь, за нашу с тобой отзывчивость слово доброе о корпусе в газете замолвит... Ну вот видишь, как хорошо! Я тебе скажу, Костя, отзывчивее Мартироса интенданта не встречал... Может быть, только сам! - и громко, заразительно расхохотался. - Ну, давайте, братцы, по последней. За встречу в Берлине!.. Вам сейчас - спать, там, в угловой комнатке, кроватка есть, от немецкого оберста осталась... Удобная! А я в дивизию к Цыпляеву съезжу... Посмотрю, как он там... 

Единственный, кто был крайне огорчен от такого радушия, - шофер «Виллиса», сержант, по русской привычке привыкший втихаря отнимать у начальства часть полномочий. Но его можно было понять, ибо дорога от Краснодара до Ростова не являлась даже направлением, а выглядела как сплошной поток ледяной вулканической лавы, в которой барахтались автоколонны, стянутые тросами бывших колхозных тракторов... 

Сержант всю дорогу демонстративно сопел, обиженно поджав губы, крутил баранку и, отвечая на вопросы, гундел сквозь зубы: «Так точно!» и «Никак нет!» 

Может быть, шустрый, открытый всем ветрам «Виллис», «американское чудо», и был хорошей машиной, но наша горьковская «Эмка», удачно содранная когда-то с лондонского таксомотора, просторная, похожая на корабельную рубку, где, вытянув ноги, можно уткнуться в бархатный прокуренный угол и долго спать с видением приятных снов, для дальних передвижений была, конечно, удобнее и лучше. «Американец» - штабной, юркий, созданный для коротких перебежек вдоль позиций, хотя и звался вездеходом, был явно противопоказан длинным путешествиям по вызывающему российскому бездорожью. Даже другое заморское чудо - грузовой красавец «Студебеккер», поджарый и мощный, как техасский ковбой, бывало, беспомощно лопатя густую кубанскую грязь, тонул по борта, покорно дожидаясь воняющую сизой гарью груду промасленного тракторного железа - «Сталинца», гордость первых советских пятилеток. И тогда на тросовом поводу, стыдливо примолкнув, тащились цугом щеголеватые «американцы» через гибельные омуты и ямы по тому, что дорогой можно было называть только в состоянии тяжкого алкогольного похмелья. 

Так и ехали они до Ростова, где завязались жестокие зимние бои. Тянулись через Пластуновскую, Кореновскую, Павловскую, Выселки, Тихорецк и далее промозглой непогодой, когда хороший хозяин и собаку из дома не выгонит. 

«Слава Богу, в такую слякотень хоть авиация не разбойничает, - думал про себя Симонов, вглядываясь сквозь папиросный дым в серое, набухшее свинцовой влагой небо. - Сидят, небось, по домам, наливаются от скуки водкой или шнапсом. Самим что ли выпить?..» 

Открытая боевая машинка заставляла седоков напрямую общаться, как бы сказали сегодня, с окружающей средой, и прежде всего с собачьим холодом. Спасибо, заботливый Касабьян оставил на заднем сидении косматую, воняющую отарой бурку. Закутавшись по ноздри, Симонов коротал время, сочиняя стихи, ставшие потом знаменитой «Песней военных корреспондентов»: 

От Москвы до Бреста 

Нет такого места, 

Где бы не скитались мы в пыли... 

Записывать невозможно, поэтому приходилось запоминать сочиненное, десятки раз повторяя найденные строки, нудно твердить вслух одно и то же. Водитель, мстительно желавший пассажирам худшего, отметил про себя это обстоятельство как опасную ненормальность. Да и было отчего! Один всю дорогу что-то увлеченно бубнит, а второй и того хуже - не закусывая, хватанул стакан спирта и, завернувшись в колообразный брезент, храпит так, что пугает встречных звуками пикирующего бомбардировщика. Время от времени Халип выныривал их своего воняющего тавотом логова, хватал ртом воздух, бессмысленно обводя пространство выпученными глазами, беззвучно шевелил воспаленными губами, по которым угадывались исключительно плохие выражения, и снова падал в укрытие, как в пропасть. 

Может быть, именно тогда, в тот ненастный кубанский день, глядя на бескрайнюю мутную серость, отливающую острой безысходностью, Симонов и пришел к мысли, что у войны цвета не бывает, даже черно-белого. 

Близко от Батайска очередной «Сталинец» дернул так, что с бедного «Вилли» слетело переднее колесо вместе с гайками. Хорошо, что произошло это где-то недалеко от штаба фронта и добраться до корпункта «Красной звезды» было уже не так сложно. Там, кстати, и выяснилось, что предмет поспешности неугомонного Давида Ортенберга - Ростов-на-Дону - сутки назад успешно взят нашими войсками, и торопиться, в сущности, уже некуда. 

- Давай, ребята, залетай! - Вася Коротеев, начальник корпункта, широко распахнул дверь в жарко натопленную горницу, где на гудящей «буржуйке» скворчала неправдоподобной толщины яичница с салом. 

Вы можете себе представить, что такое с пронзающего холода раскаленная яичница, да не менее чем из трех десятков яиц, с лучком и настоящим станичным салом, да под стаканчик слабо разведенного спирта из заветной фляжки, да под соленый огурчик «из маминой баночки», заботливо доставленной в старом летном унте попутным самолетом, да в кругу фронтовых друзей, да еще сбросив в угол мерзлую шинель и размотав с измученных ног вечные армейские кандалы - портянки?.. 

- Да как же хорошо жить на этом свете, братцы! Даже в войну, хрен ей в глаз! 

Через час пели они оглушающим хором только-только сочиненную неутомимым Костей песню. Турлучный потолок ходил ходуном от молодой бесшабашной удали, от выпитого и съеденного, от угольного тепла чудом уцелевшей хаты, которых так мало попадается на фронтовом пути - больше пепелища да землянки с блиндажами. И тогда с новой силой перепев на мотив вечной «Мурки» несется сквозь дребезжащее оконце: 

Без глотка, товарищ, 

Песню не заваришь, 

Так давай по маленькой нальем,

 Выпьем за писавших, 

Выпьем за снимавших, 

Выпьем за шагавших под огнем... 

Неожиданно в комнату без стука вошел мокрый от снега военврач. Оказывается, водитель посчитал своим долгом сообщить куда следует, что доставил в Батайск психически ненормального подполковника, который, заикаясь, заговаривается. Причем несет опасную околесицу, а тут рядом, сами понимаете, штаб фронта... 

Когда стало известно, по поводу чего явился доктор, хохот стоял вселенский. Это были те редкие минуты счастья, что все они еще живые, бесшабашные, здоровые. Когда невзгоды или уже пройдены, или еще впереди, но жизнь все равно кажется бесконечной. Многие из них, к сожалению, не доживут до майского победного утра. Да кто сейчас об этом думает? 

- Садись, доктор, рядом! Держи, брат, кружку! - снова в десять луженых, прокуренных... 

...От ветров и водки 

Хрипли наши глотки, 

Но мы скажем тем, кто упрекнет: 

«С наше покочуйте, 

С наше поночуйте, 

С наше повоюйте хоть бы год!» 

Все, кто встречал Симонова в годы войны, отмечали его редкую смелость и даже бесшабашную рискованность, не присущую людям такого уровня популярности. Причем мужество было не показное, не шумное, без пьяного треска разрываемой гимнастерки, а безогляднососредоточенное, когда, проверив обойму в пистолете, мужик молча встает в строй уходящих за линию фронта. Его человеческая решимость всегда находилась за гранью смертельного риска. Рано или поздно она должна была привести к гибели, как погибли многие его фронтовые друзья: Мишка Бернштейн, Иосиф Уткин, Паша Трошкин, Женя Петров, Джек Алтаузен, Крымов, Аврущенко. С ним то же самое могло случиться под Бобруйском в июле 41-го года, когда на глазах один за другим рушились гигантские воздушные «акулы» - ТБ-3, гордость и опора сталинской авиации. Ничем не прикрытые, с обреченностью смертников, они тащились на запад, уже оккупированный противником, опьяненным легкими победами. Ужаленные однимединственным «Мессершмидтом», тихоходные, неуклюжие бомбовозы, разваливаясь на горящие куски, с оглушительным грохотом падали в белорусские леса... Он вполне мог быть убит в разведывательном десанте майора Людена на заполярный мыс Пикшуев, прочно занятый врагом, исчезнуть без следа в рассоле Сивашских лиманов при артналетах на Арабатскую стрелку, умереть от холода и голода на пароходе «Спартак» во время ледового дрейфа в Кандалакшском заливе, утонуть с экипажем черноморской подлодки среди якорных и плавающих мин, скрытно пробираясь к берегам Румынии. Мог сгореть в самолетах, летящих к фронту, угодить в плен в Приморской группировке, позорно брошенной во время керченской десантной операции, героически погибнуть под Севастополем, Сталинградом или на Курской дуге. Он всегда шел в передовых цепях, и неважно, была это броня танка или бронекресло штурмовика. Но чаще в похожей на решето «Эмке», пробитой осколками и простреленной со всех сторон, а еще чаще - на своих двоих. Так он дошагал не только до Краснодара, Гулькевичей и Армавира, но потом и до Орла, войдя в город в наступающих частях армии генерала Пухова, удивлявшего тем, что за всю войну ни разу не побывал в тылу - даже положенные ордена ему присылали на фронт.. 

Продолжение следует...



За главными новостями следите на наших страницах во «ВКонтакте» и  Facebook

Читайте также:

Стоимость проезда в общественном транспорте Анапы изменится с 6 июля
02 Июля
Общество

Стоимость проезда в общественном транспорте Анапы изменится с 6 июля

Новые тарифы вводятся на городских и пригородных маршрутах регулярных перевозок.
Вечера живой музыки под открытым небом проходят в Сочи
02 Июля
Общество

Вечера живой музыки под открытым небом проходят в Сочи

Два музыкальных вечера уже состоялись.
В Сочи появятся новые автобусные маршруты
02 Июля
Общество

В Сочи появятся новые автобусные маршруты

Также будет возобновлено движение экспрессов №105э и 135э до курорта «Роза Хутор».
Жара до 38 градусов ожидается на Кубани
02 Июля
Общество

Жара до 38 градусов ожидается на Кубани

В Краснодарском крае синоптики предупреждают о сильной жаре.
19:26 Стоимость проезда в общественном транспорте Анапы изменится с 6 июля 19:10 Clients Tend to Ask for Less Credits 18:57 Конкурс по отбору проектов местных инициатив впервые прошел на Кубани 18:45 Вечера живой музыки под открытым небом проходят в Сочи 18:34 В Сочи появятся новые автобусные маршруты 18:12 В Краснодаре на ул. Абаканской восстановили поврежденные кабельные линии 17:53 Власти Краснодара и Карлсруэ планируют провести градостроительную онлайн-конференцию 17:50 Завод по производству продукции из полипропилена появится на Кубани 17:29 Жара до 38 градусов ожидается на Кубани 17:19 Правительство РФ расширило перечень пострадавших из-за пандемии отраслей
Обмен трафиком СМИ2