Погода
01 Июля 2022
Общество

Путешествие по розовым облакам

Источник фото:  ksma.ru
Источник фото: ksma.ru

Краснодар, 1 июля – Юг Times. «Юг Times» продолжает публиковать главы из книги, являющейся своеобразным продолжением предыдущей, «Наш торопливый век».

Книга увидела свет в 2017 году.

Это повествование, исполненное в привычной для автора форме, где личное, связанное с прожитым временем, тесно увязывается с событиями на фоне жизни всего общества, при этом затрагивая самое чувствительное - эпоху разрушения советского строя.

Автор не уходит от попыток понять причинность нарастания государственного тектонического разлома, на который пришлась молодость героя этой книги.

Владимир Рунов, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани.

Продолжение. Начало в № 40 (441) Я тогда на студии телевидения уже не работал, но однажды встретил в трамвае Погребинскую, которая почему-то мне страшно обрадовалась и тут же стала загружать студийными новостями, в том числе и о таинственном исчезновении Клепы.

- Представляешь, пропал! - кудахтала, всплескивая руками, благо трамвай в знойный полдень был почти пустой и на нас некому было обращать внимание. Танька, как всегда, была возбуждена до крайности.

- Говорят, убили! - сказала шепотом.

- Кто говорит? - таким же ошарашенным шепотом переспросил я.

- Следователь! Приходил на студию, всех допрашивал. Звал на опознание трупа.

- Ты че!

- Вот те и че! Хломов пошел. Он же фронтовик, мертвяков не боится. Рассказывал, понять ничего невозможно, поскольку его расчленили. Д-а-а! Порубали, как на шашлык. Сложили в мешок. На стройке за Сенбазом бродячие собаки учуяли.

- Кого?! - возопил я.

- Да Клепу же!..

- Боже мой! - я стал кудахтать, как Танька, поскольку представить расчлененным вечно оживленного Клепу просто был не в состоянии. - За что его так?

Танька низко наклонилась к моему уху.

- Общак, говорят, держал.

- Какой общак?

- Ну, воровской.

- Ты че, с ума сошла! Клепа и общак. Да у него и трех рублей сроду не бывало. Сразу все пропивал! Кто тот дурак, что ему общак мог доверить?..

- Да я тоже так думаю, а Семенов утверждает, что в жизни и не то случается. Рассказывает, когда был директором Ирбитского театра, у него Дзержинского играл бывший полицай. Тайно, под чужой фамилией бежал из Краснодона, где «Молодая гвардия» замучена. Разоблачен, когда стали к званию заслуженного артиста представлять. Ужас какой-то! Он, кстати, и опознал Клепу.

- Полицай? - завопил я.

- Да нет, Семенов!

- Ну вы даете! - только и молвил я.

Концовку того сюжета помню как сейчас. Трамвай с железным стуком остановился перед улицей Октябрьской, распахнул двери и прямо передо мной (Танька находилась спиной) стоял Клепа: без майки, заросший, поцарапанный, сильно похожий на бомжа.

- Так вон он! - проблеял я.

- Кто?

- Да Клепа.

Танька повернулась и, охнув, повалилась мне на руки. Двери закрылись, трамвай поехал дальше.

- Мы ж на похороны ему деньги собрали, - только и молвила, обессиленной квашней сползая на пол. Всхлипнув, добавила: - А он, паразит, снова живой.

 

Плюс солнечная сторона

Сказать, что Саша Баронов был красавец, значит не сказать ничего. Я думаю, что на том этапе он был самый эффектный мужчина Краснодара. Двухметрового роста, не просто состоящий из сочленений увеличенных частей тела, а в таком природном подборе, что хоть Давида лепи.

Выразительное лицо с четко очерченным орлиным носом, носогубными мышцами вокруг мужественного рта, что придавало ощущение вечной сосредоточенности. Правда, до тех пор, пока Сашка не начинал смеяться. Тогда все менялось в сторону мальчишеской бесшабашности, хотя у Саши уже тогда, когда мы познакомились, была очень серьезная профессия - стоматолог. И не просто стоматолог, а челюстно-лицевой хирург с кандидатской диссертацией и репутацией искусного специалиста.

Но самым выразительным из того щедрого, чем наделила его природа, были руки. Ни до, ни после я никогда не видел таких рук, с неправдоподобной длины пальцами и подчеркнуто сильными мышцами, увитыми крепкими сосудами. Во врачебной его практике я присутствовал только однажды, когда привел к нему Ленку.

Она вернулась из Домбая много позже и сразу приперлась в подвал, посыпая голову пеплом. Валька, к тому времени плотно взятый «Одинокой Чмо» за горло, забоялся и держался подчеркнуто холодно, а я ее иногда подвозил на «Вятке», но не дальше дома. Маму, Полину Захаровну, побаивался. Она уже знала, что мы с Ленкой общаемся, очень по этому поводу огорчалась и даже передавала угрозы.

Однажды по раннему холоду мы «накатали» ей флюс, да такой, что красотку перекосило, да и боли сумасшедшие. Пришлось везти к Баронову в клинику, что на улице Шаумяна, известную всем мотоциклистам, ибо там Александр Иванович Баронов собирал из осколков побитые (иногда весьма серьезно) физиономии. Аварии случались просто трагические, особенно когда на дорогах появилась «Ява», чешский скоростной мотоцикл-убийца, опасный, как весенний скорпион.

На Ленку тяжко было смотреть, куда и спесь делась. Она страдала от боли и тряслась от страха. Саша, весь в белом, в крахмальной шапочке, надвинутой на орлиный нос, усадил ее в кресло и, низко склонившись, пахнул вокруг настоящими французскими духами, да такими, что и у меня голова пошла кругом. Обычно ему их дарила Радмила Караклаич, знаменитая югославская певица, красавица невозможная, которая и гастролировала-то в Краснодаре чаще всего из-за Сашки, всякий раз охотно усаживаясь к нему в кресло, хотя краше зубов я не видывал. Очень сексапильная была барышня.

- Ну что с тобой, солнышко? - спросил у Ленки. - Давай посмотрим? - при этом накрыв огромной дланью вжатую в плечи прелестную головку. Она потом уверяла, что рука та источала такие тепловые флюиды, что боль тут же стала гаснуть. Все стоматологические инструменты буквально исчезали в его руках, скрывая от взора пациента свое стальное изуверство, от которого у меня ноги всегда подкашивались.

Я помню, как в детстве, увидев у нашего детсадовского врача Розы Семеновны зубные щипцы, заорал так, что мама вынуждена была утащить меня домой. Прелестную Розу, которая жила в соседнем доме, всегда оббегал седьмой дорогой. Несмотря на редкую шкодливость, был очень впечатлительный, а потому трусоват, а уж когда реально маячил стоматологический кабинет с бормашиной, так тем более.

Баронов, видимо, знал о таких особенностях, поэтому умело скрывал свои манипуляции, накрывая пациента изысканными ароматами, которые добывала для него любвеобильная Радмила в самом знаменитом парфюмерном салоне Франции, в Париже, что на бульваре Капуцинов.

- Сейчас мы сделаем небольшой укольчик, и все завершится очень хорошо! - говорил он Ленке столь доверительно, что даже в том жутковатом кресле запахло визборовскими мотивами. Ленка привычно поплыла в неведомую даль...

Минут через двадцать со ртом, набитым ватой, и счастливыми глазами она мычала что-то в благодарность, а Саша, возвышаясь над ней, как Эйфелева башня, сказал многообещающе:

- У красивой девушки ничего болеть не должно. И не будет! - протянув редкую тогда визитку, подчеркнуто посоветовал:

- В следующий раз прошу приходить, минуя вот этого типа, - показав глазами на меня.

- Вот змей! - подумал я почти злобно.

Хотя на что я еще мог рассчитывать при росте в метр шестьдесят восемь сантиметров. Утешало только, что друзья мои, авитаминозные дети войны, были еще короче.

Но в любых случаях Сашка нас никогда не гнобил своей статью, а тем более не гнул авторитетом, поскольку всегда и везде оставался, в сущности, тем простым армавирским парнем, которым когда-то приехал учиться в этот самый медицинский институт, где проработал потом всю свою, увы, не очень длинную жизнь.

Мы считались с ним дальними родственниками. Его отец приходился моему деду двоюродным братом. Но их род был даже более значимым, что ли, поскольку за ним тянулась одна довольно странная история. Во всяком случае известный кубанский бытописатель Щербина, по заказу богатых армавирские гаев написавший книгу «История города Армавира и черкесо-горцев», передает ее почти как некую забавность. Якобы крымский татарин по кличке Баран не то задушил, не то зарезал какого-то фигуранта уважаемого татарского рода и, бежав от неминуемой мести на Кубань, попросил убежище у гаев. Те, не зная о подлинной причине бегства, его приняли, но крымчане не успокоились, пока не нащупали Барана в степной разбросанности армавирских поселений. Явились, гремя оружием, причем представительной группой, и потребовали выдачи злодея.

Местные старейшины долго размышляли и пришли к выводу, что выдавать гостя негоже - это противоречило кавказским обычаям. И приняли соломоново решение переименовать Барана в Барона. После этого сказали крымчанам, что человека, которого они ищут, у них нет и никогда не было.

Крымчане обычаи уважали, поэтому попросили: если Баран появится, обязательно верните его нам, чтобы в Бахчисарае назидательно и публично обезглавить. Гаи пообещали, на этой оптимистичной ноте и расстались.

А Баран тот, уже в образе Барона, положил начало роду, который, перемешиваясь с айдиновским, и дал ход всем Бароновым, что, в отличие от нашего, живут нынче в основном за границей, куда убрались от всяких напастей в лихие девяностые. Подумали: а вдруг вместе с разным постсоветским паскудством возродят и кровную месть, а там, не дай Бог, вспомнят и про прародителя-разбойника?

Саша же всю жизнь прожил в Краснодаре и постоянно подначивал меня, предъявляя залоговую расписку на гербовой бумаге, в которой мой дед, Иван Борисович Айдинов, в марте 1915 года занял у его отца, Ивана Христофоровича Баронова, двадцать тысяч рублей серебром и до сих пор не отдал.

- Верни хоть половину! - требовал под общий хохот.

Жена у Саши была ему под стать, самая популярная женщина Краснодарского края семидесятых годов - Валентина Баронова, имевшая до замужества с Александром фамилию Кикнадзе. Знаменита прежде всего тем, что всякий вечер являлась к народу в образе ведущего диктора краевого телевидения. Этот факт, естественно, в ту пору определял многое. Массы еще воспринимали телевизор, чтоб там ни шло, с широко распахнутым ртом. Опять же, сказать, что Валя красавица - это значит не сказать ровным счетом ничего. Она была ошеломляющей женщиной. Высокая блондинка с великолепной фигурой, огненным характером, не дававшая на студии спуску никому.

Ее побаивались все, включая самого Василия Ивановича, хорошо знавшего, что Баронову принимают на самом верху, и в друзьях у нее семья Николая Константиновича Байбакова, председателя Краснодарского совнархоза, только-только назначенного распоряжением Хрущева.

На работу ее доставляли черные лимузины с неостанавливаемыми номерами. Да и домой забирали с такими же. Говорили, что у Вали было право вызывать машину аж из самого главного крайкомовского гаража, данное ей на самом высоком уровне.

Я помню, как она шла по коридору студии в распахнутой норковой шубе, сияющая драгоценностями и отдававшая таким парфюмом, что все ее дальнейшие перемещения по лестницам и кабинетам отмечались шлейфом самых изысканных запахов. Валя могла все, и поэтому перед ней половина коллектива заискивала, а на другую половину она просто плевать хотела, думаю, даже не подозревая о ее существовании.

Естественно, мы с Корсуном (к той поре он параллельно с фотолабораторией на полставки работал на студии копировщиком, так требовала учеба во ВГИКе) без всяких оговорок находились во второй - она нас не замечала в упор.

Вален говорил, что Барониха (так ее презрительно называл, поскольку сильно не любил) стала Кикнадзе после того, как вдруг нежданно-негаданно вышла замуж за министра культуры Грузии. До этого была артисткой амплуа «Кушать подано!» в Армавирском драмтеатре, попав туда за фактурность из самодеятельности местного пединститута. Рассказывал с явным небрежением, лишь бы подчеркнуть ее сельское прошлое, о котором якобы только он и знал.

- Сашко-то положил на нее глаз еще десятиклассником. Жила где-то рядом, возле Старой станицы, - говорил, презрительно шмыгая носом, - и всякое утро пеше топала мимо окон дома Бароновых, где сей хлопец, долговязый и нескладный, вывешивался по пояс, стараясь обратить на себя внимание. Однако та в ответ внимания ноль (чаще фунт презрения), считая, что Сашко не по годам назойлив. Валька-то старше его лет на десять, тем более держалась в театре, потому как в открытую жила с главным режиссером.

- Откуда ты знаешь? - спрашивал Мишка, которого Верткин приказал на студию «не пущать» ни под каким видом, поскольку башку свою тот вызывающе выкрасил на этот раз ядовитым анилином в цвет эмалированного ведра.

- Знаю! - твердо ответил Корсун. - Потому как моя бабушка по отцу всю жизнь проработала в театре бухгалтером. Весь город об этом болтал. Валька - девка фигуристая, да такая, что у всех слюни текли, даже у авторитетного педагога Карпа Погосова, директора местной телестудии. А режиссер так себе, поганка приезжая. Помню, звали его Лионель...

- Француз, что ли?

- Какой там! Армянин из ростовской Нахичевани. Так вот, повел однажды он свою Валюху на похороны армавирской старухи-долгожительницы, приходившейся Кикнадзе родной бабкой.

- Представляешь, какой шухер поднялся в городе по поводу прибытия этакого князя из братской республики. Он важно ступал в первом ряду похоронной процессии. Рядом, естественно, все местное начальство во главе с первым секретарем. Грусть на лицах показательно вселенская. Бабке где-то лет под сто.

- Откуда ты это все знаешь? - опять ехидно встрял Мишка.

- А потому, что, в отличие от тебя, на существование жизни я тогда уже зарабатывал: фотографировал на свадьбах, похоронах, копеечку для семьи добывал. Тогда к покойным относились получше, чем сейчас. До кладбища пехом шли, и фотограф всегда возле процессии крутился. Это сейчас втащили гроб в обшарпанный катафалк, переделанный из списанного автозака, и малой скоростью поскакали, чтобы поскорее с глаз долой. Вон у нас, в Краснодаре, на новом кладбище могилы бульдозером засыпают. Где это видано? А потому, как и ты, спешат. Бога не боятся! Ниче, он все видит и всем воздаст по заслугам.

- Ну уж! Ты-то с каких пор так уверовал? - опять хмыкнул Мишка. - А чем лучше тащить покойника часами, да еще по жарище, через весь город?.. Все равно помер, а люди действительно спешат.

Но Корсун никакого внимания не обратил на реплику и продолжал:

- Так вот, в тех печалях Кикнадзе и углядел Валюху. Царица! Вся в черном! Хороша чертовски! Лицо матовое, глаза с ресницами в полладони опущены, грудь от переживаний вздымается. К тому же выше всех, грузина так вообще на голову. Ни дать, ни взять Анна Маньяни из фильма Росселлини. От такого кто угодно поплывет в райские кущи. На поминках министр отвел ее в укромный уголок и сделал предложение. Валя, не будь дурой, тут же согласилась. На фиг ей тот армянин?

- Помнишь, у Пушкина? - Корсун картинно вскинул руку:

...Едва я завидел

гречанки порог,

Глаза потемнели.

Я весь изнемог...

В покой отдаленный

вхожу я один...

Неверную деву

лобзал армянин...

- Представляете картину? - Валька деланно вытаращил глаза:

...Невзвидел я света:

булат загремел.

Прервать поцелуя

злодей не успел.

Безглавое тело

я долго топтал

И молча на деву,

бледнея, взирал.


Продолжение следует


За всеми важными новостями следите в Telegramво «ВКонтакте» и «Одноклассниках

Читайте также:

В Краснодаре достроят проблемный ЖК «Анит-Сити»
16 Августа
Общество

В Краснодаре достроят проблемный ЖК «Анит-Сити»

Долгострой расположен на ул. им. Митрофана Седина.
«Росводоканал Краснодар» завершает строительство сетей для ЖК «Екатерининский парк»
16 Августа
Общество

«Росводоканал Краснодар» завершает строительство сетей для ЖК «Екатерининский парк»

Новые сети компания строит в рамках инвестиционной программы.
В 2022 г. в Краснодаре составили более 2,7 тыс. протоколов за нарушения правил парковки
16 Августа
Общество

В 2022 г. в Краснодаре составили более 2,7 тыс. протоколов за нарушения правил парковки

Сегодня состоялся очередной рейд по выявлению нарушителей.
Ливни с грозами, градом и сильным ветром прогнозируют на Кубани
16 Августа
Общество

Ливни с грозами, градом и сильным ветром прогнозируют на Кубани

В регионе 17 августа ожидается переменная облачность.
В Мостовском районе Вениамин Кондратьев посетил промышленные предприятия
16 Августа
Общество

В Мостовском районе Вениамин Кондратьев посетил промышленные предприятия

Как отметил губернатор, важно наращивать выпуск собственной продукции.
Как обстоит ситуация с заболеваемостью COVID-19 в Краснодарском крае
16 Августа
Общество

Как обстоит ситуация с заболеваемостью COVID-19 в Краснодарском крае

По данным регионального Роспотребнадзора, прироста смертности и госпитализаций не наблюдается.
21:46 Администрация обещала жителям НСТ «Виктория» новый проезд 21:19 Как в Краснодарском крае помогают развиваться сфере информационных технологий 19:48 В Краснодаре будут судить мужчину, который подмешал знакомой наркотик и изнасиловал ее 19:41 Waiting for Open Air 19:13 В Краснодаре достроят проблемный ЖК «Анит-Сити» 18:52 В Сочи пройдет масштабный турнир боев на голых кулаках TOP DOG FC 18:39 Sparkling Volumes Grow 17:59 ФСБ заявила о диверсиях против Курской АЭС в августе 17:50 Производитель шоколада Lindt & Sprüngli покидает российский рынок 17:23 «Росводоканал Краснодар» завершает строительство сетей для ЖК «Екатерининский парк»
Обмен трафиком СМИ2