Краснодар, 29 октября – Юг Times, Елена Иванова. Опираясь на данные кампаний по реабилитации, ученые говорят о примерно ста тысячах репрессированных кубанцев.
Ровно 30 лет назад в календаре появилась особая скорбная дата - День памяти жертв политических репрессий. С тех пор он отмечается каждый год 30 октября. События, о которых вспоминают в этот день, происходили на протяжении не одного десятилетия, но пик пришелся на становление советского режима. Кубань - территория, которая после присоединения к Российской империи заселялась разными сословиями и национальностями и потому сконцентрировала в себе множество острых противоречий, прошла этот временной период с огромными потерями. Памятники жертвам политических репрессий установлены в Краснодаре, Анапе и Новороссийске, Кабардинке и Витязево, в Кущевском, Крымском, Ленинградском районах.
Высокая производительность репрессивной машины неудивительна, если учесть механизм ее работы. Дела рассматривали упрощенно, приговоры выносили «тройки» и ревтрибуналы. Так, в ноябре 1937 года «тройка» Управления НКВД по Краснодарскому краю поставила своеобразный рекорд, завершив 1252 уголовных дела за день. Об объективности решений при таком режиме не может быть и речи.
ВОЛНА ЗА ВОЛНОЙ
Периодов, когда народ подвергался несправедливым гонениям, физическому уничтожению, попранию гражданских прав, было немало. Одним из первых стало начало 20-х годов, когда продразверстка привела к злоупотреблениям новой власти на селе. Причем об этих «перегибах» можно узнать из внутренней переписки самих же большевиков. Так, в одном из докладов на имя председателя Кубано-Черноморского исполкома подчиненный писал (имя утрачено за давностью документа):
«При прибытии в город Ейск мною было обращено самое главное внимание на продовольственные дела. 9 января из Опродкома поступило 33 дела по обвинению граждан Ейского отдела в укрывательстве хлеба и в невыполнении хлебной разверстки. По этим делам числилось арестованных около 200 человек, из коих были женщины, старики, подростки и даже дети. При обследовании означенных дел оказалось из них только 8 дел, которые имели достаточный обвинительный материал ...Мало того, при делах было прислано большое количество заявлений заключенных по хлебной разверстке граждан из лагеря принудительных работ и других мест заключения о том, что они заключены под стражу, но никакого обвинительного материала не было представлено в Ревтрибунал; обвиняемые по таким делам арестовывались райуполномоченными и исполкомами вместе с семьями и детьми различных возрастов до 6 месяцев от роду включительно… Из полученных дел было видно, что в Ейске существовала продтройка… Никаких совершенно законных оснований не было на существование такой «тройки»… Я в данном случае усматриваю незаконность и несправедливость ведения такого порядка конфискации без судебного органа». К концу двадцатых годов насилие в селе приобрело большой размах в связи с целями коммунистической власти ускорить создание колхозов, политикой раскулачивания, стирания классов. К враждебным элементам кубанцев зачастую относили произвольно.
Краевед Иван Бойко рассказывает, что кулаков в его родном Новопокровском районе, на тот момент занимавшем большую территорию (в состав входили станицы Новопокровская, Новолокинская, Успенская, Ильинская, Калниболотская, Новоивановская, Плоская и т. д.), можно было посчитать на пальцах.
- В 1929 году хозяйства бедняков и середняков в Новопокровском районе составляли около 90% от численности всех крестьянских хозяйств; 9,99% - зажиточные крестьянские хозяйства и 0,01% - кулацкие, - делится данными исследователь. - Поэтому кулаков для отражения в сводках, доказывающих «напряженную борьбу с эксплуататорами», приходилось выискивать и среди бедноты.
Даже в воспоминаниях нашего известного краеведа Василия Самохвалова, стоявшего на твердых коммунистических позициях, отмечается: «Партийным и советским руководителям на местах всюду мерещился саботаж, и они допускали левые перегибы… имели место факты принудительного изъятия хлеба у крестьян-середняков (и у колхозников тоже). Вместе с саботажниками из ряда станиц была выслана часть трудового крестьянства».
- Это коснулось в основном зажиточных хозяев, единоличников, которые для власти были опасны, с ними и расправились, - говорит кандидат исторических наук Константин Скиба. - Многих высылали в Калмыкию, сухие степи Ставрополья, на Урал. Казаки не были главной мишенью репрессий, их процент среди сосланных и раскулаченных был таким же, как и всех остальных категорий. Работал не сословный, а классовый принцип: богатый казак страдал наряду с богатым иногородним.
Целая станица могла подвергнуться санкциям, если не выполнила хлебопоставку. Она заносилась на «черную доску» - вводился комендантский час, поселение оцеплялось, прекращались все хозяйственные операции, закрывались магазины до тех пор, пока хлеб не будет сдан.
- На Кубани 13 станиц попали на «черную доску». В нескольких было выселено почти все население - это Советская (Урупская), Полтавская (ее переименовали в Красноармейскую, сегодня ей возвращено прежнее название) и Ленинградская - бывшая Уманская. По 5-6 тысяч семей в каждой принудительно покинули свою родину, - рассказал Константин Скиба. - В других станицах тоже выселяли, но не в таких масштабах.
ДЛЯ СЕБЯ НЕ ОСТАЛОСЬ
Безответственное, хищническое отношение к селу, приоритет выполнения плана по хлебопоставкам без оглядки на реальный урожай привели к голодомору на Кубани в 1932-33 годах.
- Седьмого марта 1933 года секретно-политический отдел ОГПУ направил записку товарищам Менжинскому, Ягоде, Прокофьеву, Арганову о голоде в районах Северо-Кавказского края. В ней указано, что в отдельных населенных пунктах (в том числе и Новопокровского района) «отмечается обострение продзатруднений», и далее: «По далеко не полным данным в этих районах учтено: опухших от голода - 1742 чел., заболевших от голода - 898, умерших от голода - 740, случаев людоедства и трупоедства - 10, - продолжает Иван Бойко. - В голодающих населенных пунктах имеют место случаи употребления в пищу различных суррогатов: мясо павших животных (в том числе сапных лошадей), убитых кошек, собак, крыс и т. п.» В этой же записке отмечается: «Новопокровский район, ст. Калниболотская. Население в массовых размерах употребляет в пищу мясо кошек, собак и крыс. За последние две недели учтено около 100 смертных случаев». Партийное руководство района изо всех сил стремилось доказать верность курсу партии, изобретая все новые и новые методы битвы за несуществующие хлебные запасы. Одиннадцатого января 1933 года бюро Новопокровского райкома ВКП (б) приняло особое постановление. В нем было намечено: «17. Просить Крайком ВКП (б) о посылке для проведения ряда судебных процессов Выездную сессию крайсуда. 18. Вследствие особо упорного саботажа хлебозаготовок и низкого процента выполнения просить Крайком ВКП (б) занести на «черную доску» станицы Успенскую и Ильинскую». Своих судов, по-видимому, не хватало. Пригласили из края, чтобы окончательно замордовать станичников и хуторян. С этой целью появилась и просьба о занесении на «черные доски» станиц Ильинской и Успенской. Такие меры в еще большей степени способствовали массовому голоду и смерти людей.
На примере родного района краевед иллюстрирует масштабы бедствия.
- В 1930 году численность родившихся в районе превышала количество умерших в 3,12 раза, в 1931 году - в 4,27 раза, в 1932-м - в 1,36 раза. В 1933 году из-за голода резко возросла смертность населения даже по официальным данным. Число умерших в этот год было больше числа родившихся в 6,66 раза! - отмечает собеседник. - По сравнению с 1932 годом в 1933-м, даже по явно заниженным официальным данным того времени, умерло в районе в 2,73 раза больше людей. Это, по меркам цивилизованного мира, настоящая гуманитарная катастрофа.
ЧИСТКА РЯДОВ
Пожалуй, самой известной является волна репрессий, спровоцированная 58-й статьей Конституции СССР, принятой в конце 1936 года, когда «неблагонадежных» граждан тысячами начали ссылать в лагеря, а система тюрем разрослась в целое государство в государстве.
- С точки зрения науки этот период репрессий остается одним из самых неизученных, - комментирует Константин Скиба. - Примечательно, что под аресты попали как антисоветски настроенные граждане, так и многие верные ленинцы, искренне верившие в идеалы коммунизма. Возможно, власть боялась саботажа внутри себя.
На Кубани предвоенный период репрессий обернулся настоящим бедствием для национальных меньшинств, компактно проживавших здесь издавна. Одной из наиболее пострадавших стала греческая диаспора.
- Когда мы готовились к установлению памятника на Всесвятском кладбище, составили список расстрелянных греков и собрали почти 6 тысяч фамилий; практически все они - работоспособное население, - рассказал член совета по межнациональным отношениям при губернаторе края Василий Аманатиди. - Оба мои деда были расстреляны в 1937-м. Службы безопасности якобы нашли греческую националистическую террористическую подпольную организацию, которая готовилась свергнуть советскую власть. Судов в классическом понятии не было, решения принимали «тройки», а приговор исполнялся в течение 10 дней, оспорить его было нереально. Позвали человека: «Скажи, что ты знаешь, что он - террорист». Каждый из страха готов был оговорить кого угодно. Изучая архивы, мы видели случаи, когда донос подписан именем соседа, который на самом деле за полгода до указанной в документе даты умер. Не единожды греков массово выселяли. Семья моего отца была депортирована в 1942 году в Казахстан, матери - в 1949-м, хотя, казалось бы, война давно прошла. Дали два часа на сборы, погрузили в вагоны, куда везут, не говорили. Мы вернулись на Кубань только в 1980-х.
- Начиная с 1917 года репрессии активно использованы большевиками для реализации задач построения социалистического государства, - говорит научный сотрудник Музея Фелицына Анатолий Виноградов. - В 1930-1950-х годах они приняли массовый характер. Теоретическим обоснованием политики репрессий стал выдвинутый Сталиным тезис о неизбежности обострения классовой борьбы, так как сопротивление капиталистических элементов будет усиливаться по мере нарастания успехов социализма. Это одна из трагических страниц отечественной истории, а количество жертв репрессий до сих пор точно не установлено.
В день памяти жертв репрессий неуместны дискуссии о том, были ли оправданны действия исполнительных властей и органов госбезопасности. Долг потомков - помнить о невинно пострадавших и расстрелянных и сделать все, чтобы подобное никогда не повторилось.
За главными новостями следите на наших страницах во «ВКонтакте» и Facebook
За всеми важными новостями следите в MAX, Telegram, во «ВКонтакте», «Одноклассниках», YouTube и на Rutube
