Наш торопливый век

Краснодар, 27 августа – Юг Times. «Юг Times» продолжает публиковать главы из книги, посвященной XX веку, которому выпала уникальная роль - соединить второе и третье тысячелетия нашей эры.

ВЛАДИМИР РУНОВ, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани.

Продолжение. Начало в № 35 (384) 

Виктор Павлович Ананевич, заслуженный мастер спорта, семикратный чемпион страны, человек с железной выдержкой, уходил на тренерскую работу. С охапкой цветов, увлажненными глазами растерянно смотрел на своих друзей. В день прощания с большим спортом он услышал о себе столько теплых слов. 

Яркий букет цветов ему преподнес Володя Корчин, новый партнер Лавренкова. Его кандидатуру выдвинул я, и хотя Анатолий всегда относился к моим советам с должным уважением, тем не менее, это мое предложение у него энтузиазма не вызвало. Долгие годы его держали самые надежные руки в нашей акробатике. Это были руки Ананевича. У Корчина были пока лишь неплохие данные и большое ожидание крупной победы. Несколько лет он занимался спортивной гимнастикой, правда, без особого успеха. Был твердым «середнячком». 

Мое предложение вызвало у него скорее любопытство, чем волнение. Правда, так было до первых тренировок. Ананевич, ставший тренером новой пары, поставил сразу максимальную задачу, а отсюда и повысил до предела нагрузки, и дела пошли... из рук вон плохо. На первых же соревнованиях новая пара завалила элементарную комбинацию. Мы долго советовались, и я пришел к выводу, что это произошло от того, что у дуэта нет лидера. В акробатической паре всегда должен быть ведущий. Долгие годы эта роль безоговорочно отводилась Ананевичу. Лавренков добросовестно делал то, что ему говорили. Сейчас же он видел, что Володя Корчин перед выходом жадно ловит каждое его движение, каждый жест. Он искал опоры у более опытного и сильного, а ее не было, как не было и знакомой лавренковской улыбки. 

Анатолий сам был в состоянии крайней неуверенности и перед выходом на помост размышлял, на каком элементе-комбинации они упадут. Поэтому падали они часто. Лавренков, привыкший к победам, с горечью разыскивал свою фамилию в конце турнирной таблицы. Перспектив, казалось, не было. Да и голоса со стороны все чаще и чаще советовали: «Зачем тебе все это? Ты - трехкратный чемпион СССР. Разве этого мало? А начинать все сначала, да и в далеко не юношеском возрасте…» Подобных аргументов было несколько, но чем больше их было, тем сильнее у Лавренкова росло убеждение, что еще не все он сказал в спорте, что активная жизнь в акробатике не завершена. Именно в эти дни Анатолий Лавренков открылся с новой, неизвестной для меня стороны. Начинался совершенно новый этап тренировок. Он работал с такой отдачей и яростью, которые по плечу лишь большим спортсменам. И то, что Лавренков и Корчин стали одним из сильнейших дуэтов в стране, я считаю, в значительной мере заслуга редкой целеустремленности Анатолия. 

Как-то уж так получается, что вспоминаю я больше о самом дорогом и близком - о парной мужской акробатике. Пусть меня простит и поймет читатель - ведь сам я «родом оттуда». Но советская акробатика многогранна. В каждом ее виде были замечательные мастера, яркие таланты. Уходя глубокими корнями в национальное народное искусство, акробатика долгое время была уделом небольшой группы профессионалов. Но и среди них были люди, имена которых по сегодняшний день овеяны романтикой. История акробатики хранит и помнит имя великого русского акробата Александра Сосина, первого среди профессиональных прыгунов - первого не по счету, а по выдающемуся мастерству. Еще до революции он выполнил двойное сальто назад, поразив тем самым лучших прыгунов мира. Должен сказать, что акробатические прыжки - это не просто самостоятельный вид акробатики, это яркий вид спортивного искусства. В сущности, без всяких приспособлений, используя лишь собственную мускульную силу, человек взлетает, как птица, переворачиваясь в воздухе с такой легкостью, что невольно кажется - нет ничего проще этого. Но это только кажется! За внешней легкостью - дни, месяцы, годы тренировок, ушибы, травмы, изнурительная работа. Взять хотя бы то двойное сальто назад. После А. Сосина многие спортсмены пытались выполнить его, но сделать это удавалось единицам, потому и в программусоревнований этот элемент никто не вставлял. И вот в 1948 году киевлянин Леонид Свешников, прыгун редкой одаренности, на чемпионате Советского Союза выполняет двойное сальто назад и уверенно встает на ноги. Его пример, словно мощный снаряд, пробил брешь неуверенности. Целая группа спортсменов, и прежде всего ленинградцы А. Плотников и Ю. Попов, стали выполнять двойное сальто вперед, а потом и боковое. 

В ЧИСЛЕ ПЕРВЫХ 

Рассказывая о прыгунах, я не могу не отдать должное знаменитой ставропольской школе, которую создал и долгие годы возглавлял Михаил Владимирович Страхов. Если кубанские акробаты прославились как акробаты-силовики, то наши соседи, соперники и добрые друзья были законодателями мод в прыжках. 

Достаточно назвать замечательных акробатов Юрия Страхова и Владимира Скакуна. Заслуженный мастер спорта В. Скакун - «кузнечик», как часто называли его за рубежом, - выполнял такие каскады прыжков, что казалось, они находятся за пределами человеческих возможностей. Его тело, словно выброшенное могучей катапультой, вращалось в самых различных плоскостях. Скакун и Страхов многие годы были лидерами среди прыгунов страны и, я думаю, мира. В то время не проводилось официальных международных соревнований, поэтому трудно сравнивать мастерство спортсменов, но я уверен, что такие прыгуны, как Ю. Страхов и В. Скакун, наверняка стали бы победителями соревнований любого масштаба. К числу этих выдающихся мастеров я бы прибавил и Вадима Биндлера из Минска. Ему принадлежит высшее спортивное достижение: первое в мире тройное сальто назад. Вообще-то мастеров сложного акробатического прыжка я считаю первопроходцами. Именно они расширяют представления о возможностях человеческого тела, разрабатывают новые прыжки и акробатические комбинации. С акробатической дорожки новые элементы переносятся в вольные упражнения, на гимнастические снаряды, батут, в программу прыгунов в воду. Среди таких первопроходцев я бы назвал Т. Сдобникову (Москва), Л. Синеву и Р. Звереву (Ленинград), Н. Маслобойщикову (Тольятти), А. Шанина и А. Марейдо (Краснодар). 

На Кубани выросло немало отличных прыгунов, но наибольших успехов добился воспитанник заслуженного тренера РСФСР Владимира Мкртычана Александр Марейдо. Он был чемпионом Европы, его комбинации поражали сложностью и стремительностью. Александр - один из немногих акробатов мира, кто стабильно выполняет тройное сальто. Более того, он не без успеха пробует четырехкратный оборот в воздухе. Вначале об этом только мечтали, и это было такой же фантастикой, как и полет на Луну. Сегодня и то и другое - реальность. Так где же предел возможностей человека? На этот вопрос трудно ответить, легче рассказать, в чем секрет высочайших достижений современных акробатов. Прежде всего это неустанный поиск тренеров, их титанический труд, смелость и дерзость. В. Скакун, В. Беляйков, Г. Трусов, В. Гройсман, В. Мкртычан и многие другие - люди, которые составляют цвет советского тренерского корпуса. Неслучайно именно их усилиями с момента возникнове ния Международной федерации спортивной акробатики прыгуны нашей страны - неизменные чемпионы мира и Европы. 

Мой рассказ - не история акробатики, хотя я думаю, что советская акробатика давно заслужила право на историческое исследование, с упоминанием всех ярких личностей, вписавших в ее летопись славные страницы. Наше мастерство, я имею в виду кубанских акробатов, оттачивалось прежде всего в соперничестве с замечательными спортсменами, такими как Ю. Золотой, Ш. Вильданов В. Макаров, В. Слепокуров, А. Тышлер, М. Таджиев, Д. Костин, М. Вольфман, В. Аракчеев и Л. Ямковой, В. Алиманов и В. Назаров. А как много дало нам общение с такими тренерами, как В. Коркин, Н. Лакиза, В. Павловский, А. Онищенко, М. Цейтин, Б. Якубчик, В. Леонов и другие. Из разных городов, из разных спортивных обществ они приносили в копилку теоретических, методических и практических достижений свой бесценный опыт, ничего не тая, ничего не пряча. 

И, наконец, наше спортивное «хозяйство» немыслимо без таких организаторов, как А. Бондарев, М. Смирнов, Т. Вавич, А. Бронзов, В. Волков, К. Никулин. 

КОСМОНАВТЫ И АКРОБАТЫ 

Имя Владислава Николаевича Волкова навсегда вписано не только в историю космических исследований. Несколько лет подряд он был председателем Всесоюзной федерации по акробатике, и сегодня, когда я смотрю на памятную медаль, где в бронзе отчеканен профиль этого замечательного человека, я вспоминаю его живое лицо, всегда веселое и доброжелательное. Помню, в марте или в апреле 1971 года на заседании федерации мы обсуждали свои насущные дела. Это было как раз время вступления советских акробатов на международную арену, поэтому вопросов было много. Владислав Николаевич, как всегда, умно и тактично нацеливал нас на главное - популяризацию акробатики как массового вида спорта. 

- Особенно он важен для развивающихся стран. Акробатика ведь не требует больших средств. Было бы желание да тренер хороший рядом. Я думаю, что наш долг и в этом. 

Мы тогда пригласили Владислава Николаевича приехать к нам, на Кубань. 

- Приезжайте летом, увидите знаменитую кубанскую жатву. 

Он засмеялся: 

- Наверное, приеду! Вот только командировка у меня предстоит небольшая... - Вдруг решительно тряхнул крупной головой: - Обязательно приеду, ведь это родина моего космического побратима Виктора Горбатко. 

6 июня 1971 года мы узнали, что на орбиту Земли выведен космический корабль «Союз-11». Владислав Волков был в составе экипажа... Я храню пожелтевшую газету за 1 июля 1971 года, где сообщается о гибели советских космонавтов Г. Добровольского, В. Пацаева и В. Волкова. Это был один из самых черных дней в моей жизни... 

В память об этом замечательном советском космонавте ежегодно проходят мемориальные соревнования, где первыми и почетными гостями всегда бывают родители нашего незабвенного президента и друга - Ольга Михайловна и Николай Григорьевич Волковы. Сейчас Всесоюзной федерацией акробатики руководит Герой Советского Союза летчик-космонавт Валентин Витальевич Лебедев. 

Надо сказать, что участие космонавтов в работе федерации имеет чисто практический смысл. Ведь акробатика входит в программу их подготовки. Когда формировался отряд космонавтов, в числе специалистов были приглашены тренеры по акробатике. Это понятно, движения космонавтов в невесомости должны отрабатываться с учетом акробатических упражнений. Но здесь произошла одна любопытная вещь. Если акробатика как вид спорта вошла в программу подготовки космонавтов, то благодаря космонавтике мы получили совершенно новый вид акробатики - прыжки на батуте. 

Именно с легкой руки космонавтов батут завоевал такое широкое признание у молодежи. В связи с этим я не могу не сказать несколько слов об одном из лучших своих учеников, ныне заслуженном тренере СССР Виталии Федоровиче Дубко, входящем в число крупнейших в мире специалистов в области батута. 

Когда говорю о нем «лучший ученик», я не имею в виду его результаты в акробатике. Хотя Виталий и выполнил норматив мастера спорта в двух видах - в прыжках на дорожке и выступлениях силовой четверки, он не был в числе тех, кто достиг наивысших результатов. Но редкую старательность, буквально фанатичную преданность акробатике хочу подчеркнуть. Никто у меня не тренировался с таким упорством и, я бы сказал, с лихим отчаянием, часто переступавшим опасные границы, как это делал В. Дубко. 

Часто он появлялся на тренировке с синяками и шишками. Оказывается, у себя во дворе вырыл яму и пробует в ней двойное сальто. 

- Ты соображаешь, что делаешь? - выговариваю ему. - Без практики, без страховки браться за двойное сальто! Жить хочешь? 

Стоит, низко опустив голову, и виновато сопит. 

Продолжение следует.