Погода
04 Декабря 2020
Общество

Наш торопливый век

Источник фото: bazaistoria.ru
Источник фото: bazaistoria.ru

Краснодар, 4 декабря – Юг Times. «Юг Times» продолжает публиковать главы из книги, посвященной XX веку, которому выпала уникальная роль - соединить второе и третье тысячелетия нашей эры.

Эта книга известного кубанского писателя Владимира Рунова вышла в свет в 2019 году. В ней автор воскрешает события, пожалуй, самого наполненного противоречиями и потому столь сумбурного этапа человеческой истории - XX века. Он пытается осмыслить их, не разделяя на те, которые имели мировое значение, и те, что касались исключительно личной жизни «маленького человека». Поэтому национальные лидеры и простые рабочие здесь изображены с одинаковой честностью и правдивостью. Из череды их судеб и складывается общее течение торопливого века.

ВЛАДИМИР РУНОВ, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани.


Продолжение. Начало в №35 (384)

Я появился на радио в самый разгар этого бардака, когда небольшой, но уже сильно горластый коллектив превращал всякую летучку в «битву алой и белой розы». Вскоре даже те, кто поначалу за десять шагов почтительно здоровался (мой предшественник, грозный и опытный управленец, приучил), даже самые смирные в простом разговоре начинали грозно сопеть, всем видом подчеркивая противление, очевидно, как расплату за долгое «рабство».

Сразу появились теневые лидеры, еще недавно прятавшие намерения в учтивых улыбках и из глубинных дальних рядов при любом голосовании тянувшие руки выше всех.

Бывшая машинистка, льстивая дама и тайная любовница бывшего председателя краевого комитета по телевидению и радиовещанию, изгнанного на пенсию за лихоимство и распутство, регулярно напивалась и орала в коридоре, что вот-вот Иван вернется и всем все покажет. «Всем» - имелся в виду прежде всего я, пытавшийся хоть как-то удержать видимость порядка. Однако все, чего реально добился, это двух жестко противостоящих друг другу группировок - они и я. Но все закончилось много раньше, чем я ожидал, к тому же совсем не так, как предполагало по-прежнему дремлющее большинство, - тектонической катастрофой. На глазах равнодушных миллионов гибло огромное государство, за могущество которого заплачена такая цена, что ни на каких счетах и калькуляторах ее никогда не посчитать. 

Вместе со своей звучной должностью я моментально угодил в ощип, возникший сразу после сообщения об организации ГКЧП, что расшифровывалось еще громче - Государственный комитет по чрезвычайному положению. По старому мутному телевизору в моем кабинете вместе смотрели «Танец маленьких лебедей» в ожидании правительственного сообщения. Глядели, молчали, каждый думая о своем, и не самом лучшем: «Что-то будет?»

ГКЧП продержался чуть более двух суток. Хотя прошло без малого тридцать лет, мне до сих пор кажется, что я помню каждую минуту того взбаламученного времени, особенно когда смотрел по тусклому «Электрону» пресс-конференцию членов ГКЧП. Но это самообман, неправда. Я помню лишь одно - за столом серый ряд мрачных малознакомых мужчин с глазами и челюстями членов ревтрибуналов. И еще - в центре совсем невыразительный, невнятно говорящий товарищ Янаев, у которого «ходором» ходили руки. 

- Да-а-а! Дело, кажется, хана, - тихо прошептал в ухо сидящий рядом лихой и битый корреспондент Саша Пушкарев, с которым тем утром мы записывали для новостей выступление председателя крайсовета Николая Игнатовича Кондратенко, который говорил темпераментно, но совсем не ведая, о чем. Тогда ведь Кубань ни одним мускулом не дрогнула (за исключением небольших групп вечных бузотеров). Я думаю, потому, как все увидели дрожащие руки вице-президента: ну какой из него атаман!? 

Я думаю, сегодня эта фигура практически полностью выпала из политической памяти, хотя он скончался всего десять лет назад, в 2010 году. Забытый, затравленный, отсидевший недолгий срок в Матросской тишине, но зато долго отдувавшийся за подлости Горбачева, который и оказался тайным вдохновителем ГКЧП, поставившим последнюю точку на нашей общей Родине - Союзе Советских Социалистических Республик, сейчас мечтающего дожить до собственного столетия. Судя по всему, доживет.

В середине девяностых годов, возглавляя уже ГТРК «Кубань» и не бросая активной журналистской деятельности (что многими коллегами, особенно из числа комсостава, мягко говоря, осуждалось), я попытался встретиться с Янаевым. К тому времени уже имел опыт общения со многими лицами самого первого ряда (Черномырдиным, Степашиным, Шойгу, Рохлиным, Лебедем, Медуновым, бывшим председателем Совета министров СССР Николаем Ивановичем Рыжковым и другими очень известными), и ничего, справился. Неужели Янаева не уговорю?

Но нет, не уговорил, даже подходов не нашел - затворником жил мой ровесник Геннадий Иванович, сделавший блистательную, но почему-то не очень звучную карьеру. Может быть, потому, что Комитет молодежных организаций СССР, который он возглавлял с 1968 года, являлся неким малопонятным ответвлением от центральных комсомольских органов, откуда выходили в озаренное светом будущее карьерных успехов крупные партработники, министры, два председателя КГБ: Шелепин и Семичастный - и множество менее важных, но не менее заметных персон.

Может быть, потому, что родился наш герой в глубине Нижегородской области, в старинном селе Перевоз на берегу очаровательной речки по имени Пьяна с тихими заводями, обилием пескарей, ершей, с летними изумительных расцветок закатами, зимой голубой чистоты сугробами по пояс. Красота!

Гена Янаев, один из лучших выпускников местной школы: дисциплинированный, скромный, управляемый, целеустремленный - конечно же, идет в сельхозинститут, чтобы исполнить юношескую мечту и стать механиком Перевозной МТС, куда бегал мальчишкой, пьянея от дегтярных запахов, особенно когда она гремела замасленным железом во время зимних ремонтов, разгадывая секреты тракторных двигателей внутреннего сгорания.

На курсе все знали, что Гена более всего желает вернуться в отчий Перевоз, работать на новом машинном дворе, о котором так славно говорит со всех трибун Никита Сергеевич Хрущев, предрекая сельскому хозяйству страны бурное развитие, где молодым и умелым уже вовсю горит зеленый свет.

Вряд ли кто-то мог предугадать, что будущий технорук Геннадий Янаев будет рулить в местах, где сближают молодежь разных стран, а вот в сельском хозяйстве проработает совсем недолго, что-то около трех лет. Хотя за тот срок поднялся высоковато – стал управляющим районным отделением «Сельхозтехники». Бывало, некоторые всю жизнь к этому уровню шли. Это, кстати, тоже попало в поле (пока что) внимания областного руководства. Особо выделим, что одной из самых загадочных и строго охраняемых тайн советского комсомола была его кадровая политика, безусловно, проистекающая под пристальным приглядом партии, где все было с грифом «совершенно секретно». Однако как тут упустить, если свежий специалист в 22 года - уже главный инженер, к тому же коренной селянин, с 14 лет комсомолец, семья простая, трудовая, сам уже член КПСС. Словом, нежданно-негаданно в 25 лет от роду Гену Янаева переводят на работу в комсомол, где он летит, как сизый голубь в безбрежную голубую высь с восторженными кувырками... Эх, знать бы прикуп!..

Через три года он уже первый секретарь Горьковского обкома ВЛКСМ, одного из крупнейших в стране, член бюро «взрослого» обкома, ездит на персональной «Волге» по спецзаказу (Горький - все-таки автостолица), и именуют его уж не Гена, а Геннадий Иванович, и прочее в том же духе. К своему инженерному диплому добавляет высшее юридическое образование, которое сумел заочно получить, будучи крайне загруженным руководящим работником. Похвально, значит, старается работать над собой, расширяет профессиональный коридор, усиленный партийным словом.

С этаких позиций и начинается путь Геннадия Янаева по звездной дороге в большую политику. Это совсем не исключение, у нас на Кубани были подобные избранные персоны, и не одна: Георгий Разумовский, Николай Голубь, Виталий Сыроватко, Юрий Азаров...

Георгий Петрович Разумовский, сверстник Янаева, после Кубанского сельхозинститута - бригадный агроном передового колхоза Кореновского района, вскоре там же - глава райкома ВЛКСМ, через год уже первый секретарь Кореновского райкома партии. Красивый, с глубоким бархатным голосом. Вот он летит по служебной линии не как плавный голубь, а стремительным соколом, на вершине достигнув уровня секретаря ЦК КПСС и кандидата в члены Политбюро. Настоящий же Голубь, Николай Яковлевич, проходит тот же путь, что и Разумовский (правда, чуть пониже), от рядового колхозного агронома до российского министра.

А легендарный Виталий Сыроватко, что начинал фрезеровщиком Армавирского завода испытательных машин, а потом через голову многолетнего первого секретаря Краснодарского крайкома ВЛКСМ поднялся до заместителя председателя Верховного Совета РСФСР. Наконец, Юрий Азаров, руководитель краснодарского городского комсомола, дослужившийся до генерал-полковника Таможенной службы...

Я с огромным уважением отношусь к этим людям, которые, несмотря на сложности века, с достоинством прожили свою замечательную жизнь, в которой было много трудностей, немало риска, но больше всего - опасностей налететь на «скальный выступ» и расшибиться насмерть, как это произошло с тем же Янаевым. Покойный Медунов, с которым в Москве в его пустой квартире на улице Удальцова я не раз вел длинные дружеские беседы и к которому старость через тернии и житейские страдания (травлю, смерть жены, сына) пришла с мудростью (что бывает не так часто), говорил:

- Запомни, Володя, важно - не как начнешь, а важно - чем закончишь...

В подтверждение этой мысли отечной рукой обводил свое жилище, где все свидетельствовало о горьком одиночестве: фотографии на стенах, увядший цветок возле рамки, сквозь которую улыбается молодая женщина - Варвара Васильевна, жена. Увы, умершая.

К сожалению, мне не удалось поговорить с Янаевым, хотя очень хотелось понять, почему именно его, не очень яркого, более того - шедшего к высоким должностям почти всегда мимо партийных кабинетов, Горбачев, первый (и последний) президент СССР, выбрал в вице-президенты. Я думаю, скорее всего, догадывался, что только Янаев будет упорно сидеть в «советском окопе», отстаивая СССР до последнего патрона, где и падет.

Так и случилось! Без жалоб и стенаний он парился полтора года на нарах в Матросской тишине, ничего не просил, уклончиво молчал на следствии, как и почему ему пришла в голову идея возглавить ГКЧП и пойти наперекор «воле народа». Потом, после неожиданной амнистии, стал кое-что вспоминать в редких интервью, но однажды взял и подчеркнул общую ситуацию емкой некрасовской фразой: «Бывали хуже времена, но не было подлей...»

Солнце вставало-садилось, планета крутилась, поступки свершались, но, слава Богу, уже не произвольные игры сумасшедших одиночек будоражили народ, а опомнившееся общество во главе с новым лидером спасало Россию от поползновений смуты. Безусловно, изначально организованной современным Искариотом, клятвопреступником, что за тридцать нобелевских сребреников предал великое государство. Поцелуй его до сих пор продолжает оставаться эталоном двуличия, подлости и предательства. Все ведь произошло, как и тогда, при Христе: тайная вечеря, апостолы числом тринадцать. Потому человечество по сию пору и шарахается от этой цифры.

Кто он, современный Иуда Искариот, положивший начало тектонической катастрофе ХХ века, мы сегодня хорошо знаем. Пусть живет со своим недержанием и диабетом и глядит, как в пламени национальных междоусобиц сгорает спятившая Украина, нищает Грузия, бунтует «голожопая» Молдавия, когда-то самые процветавшие советские республики. Чем все закончится, никто и не знает.

Те же, кто в августе 1991 года сделал последнюю попытку, чтобы спасти великую державу, к сожалению, из жизни уже ушли, включая бессребреника и великомученика Геннадия Янаева - в одиночестве и ныне прочно забытые. Увы, таковы правила времени, воистину забубенного, когда вопят все - по-разному, но одновременно, главным образом, чтобы запомнили. Дела же продуктивные молчаливо творили Березовские и Коломойские, смешно даже вспомнить - оба лауреаты премии Ленинского комсомола. Жили ведь как в опрокинутой на грязный пол горячей кастрюле, когда вечно пьяный российский лидер валял Ваньку под барабаны бундесвера и под мировой телевизор писал на колесо своего самолета.


ОЛЕСЯ И МУМУ

Сегодня, на склоне жизни, я с уверенностью могу утверждать, что если социализм в чем-то преуспел, то это в создании гармоничных семейных отношений и успешности народного образования. 

Особенно в последнем, хотя лично моя избыточно активная натура всегда сопротивлялась казарменным строгостям советской школы: стрижке налысо, раздельному обучению, оглушительному коридорному звонку, непременному дневнику, мытым рукам и ушам, отъему портфеля, белому воротничку и прочему, чему я противился вначале неосознанно, а потом вполне обдуманно, с опорой на природную изобретательность, осознанное вранье и непонятные свойства памяти, когда, нетвердо зная таблицу умножения, хорошо запоминал бессмысленные тексты, к тому же с шестого класса курил и знал все похабные частушки, что пели по вагонам электричек пьяные побирушки.

Мама плакала, папа - убежденный партиец - пытался меня даже лупить, но толку все равно было мало. В отрочестве я стал обогащать непотребность поведения появившейся вдруг лицедейской одаренностью, когда карикатурно копировал учителей, которые, естественно, об этом вскоре узнали и стали меня открыто ненавидеть, изводя укорами мою маму, Еву Ивановну, в девичестве Айдинову. Зато класс я потешал настолько успешно, что ехидностью собственных представлений заставлял на педсоветах (опять же под тихий плач моей бедной мамочки) решать проблему Вовы Рунова, от которого (по утверждениям директрисы Елизаветы Львовны Гибовой) вся школа уже стонала. 

Не знаю, как сейчас (думаю, вряд ли), а нас заставляли учить наизусть обширные тексты классиков, особенно медоточивые фрагменты произведений Толстого, Горького, Тургенева, Гаршина, Чехова и прочих замечательных писателей, проникновенным письмом выворачивающих душу в равной степени читающим и слушающим.

Наша старенькая учительница Олеся Ромуальдовна Криницкая, рафинированная выпускница Варшавской классической гимназии, мальчиков называла «голубчик», а девочек - «кисуля» (за что, естественно, вся школа ее так и именовала), открыла потертый томик из семейной библиотеки и стала читать вслух со старомодным грассированием грустный тургеневский рассказ «Муму», время от времени прикладывая к влажным глазам батистовый платочек, пахнущий на весь класс духами «Красная Москва».

На том месте, где глухонемой громила Герасим начинает процедуру утопления маленькой собачки по кличке Муму, голос Кисули стал прерываться явственными всхлипами:

«...А Герасим все греб и греб, - произносила она слабым голосом в непривычной тишине. - Вот уже Москва осталась позади. Вот уже потянулись по берегам луга, огороды, поля, рощи, показались избы. Повеяло деревней. Он бросил весла, приник головой к Муму, которая сидела перед ним на сухой перекладине, - дно было залито водой - и оставался неподвижным, скрестив могучие руки у ней на спине, между тем как лодку волной помаленьку относило назад к городу. Наконец Герасим выпрямился, поспешно с каким-то озлоблением на лице окутал веревкой взятые им кирпичи, проделал петлю, надел на шею Муму, поднял ее над рекой, в последний раз посмотрел на нее...»

На этом месте Кисуля отвернулась к доске и, прислонившись лбом к омелованной поверхности, стала тихо плакать, подрагивая сгорбленной спиной.

Самая рослая из нас, бегунья и прыгунья Нинка Булда, подошла к ней и, обняв за плечи, осторожно вывела из класса.

Больше Олеся Ромуальдовна в школе не появлялась, а через месяц ее проводили на пенсию, как-то тихо, незаметно, что даже наш девятый «Ц» недовольно заурчал. Мы знали, что она награждена несколькими орденами, в том числе самым высшим - Ленина, который тогда давали учителям за многие десятилетия усердной работы в средней школе.

Все были осведомлены, что во время войны она и ее по-койный муж, профессор Хабаровского мединститута, передали в Фонд обороны все свое фамильное столовое серебро, полученное на венчании, состоявшемся в Варшавском костеле Всех Святых, что на улице Багно (в переводе - «болото»), рядом с главной улицей польской столицы Маршалковской.

Этакие подробности мы черпали из рассказов самой Кисули, которая родилась в Варшаве, училась там в классической гимназии и оказалась на Дальнем Востоке, приехав в Хабаровск вместе с мужем, молодым военным хирургом, которому служила переводчиком во время похода Красной Армии в Западное Закарпатье..

Продолжение следует... 


За всеми важными новостями следите в «Одноклассниках» и на канале «Яндекс.Дзен»

Читайте также:

Специалисты не прогнозируют на Кубани в 2021 г. сильную засуху из-за снегопадов
20 Января
Общество

Специалисты не прогнозируют на Кубани в 2021 г. сильную засуху из-за снегопадов

В прошлом году малоснежная зима в регионе привела к засушливому лету.
Жителя Армавира арестовали за неуплату штрафа
20 Января
Общество

Жителя Армавира арестовали за неуплату штрафа

Ему судом был назначен штраф, который нарушитель так и не оплатил.
В Краснодарском крае температура воздуха опустится до -25°
20 Января
Общество

В Краснодарском крае температура воздуха опустится до -25°

В регионе ожидается переменная облачность, небольшой снег.
Кубань вошла в пятерку регионов России с наивысшим инвестиционным потенциалом
19 Января
Общество

Кубань вошла в пятерку регионов России с наивысшим инвестиционным потенциалом

В основе рейтинга RAEX два базовых критерия: инвестпотенциал и инвестиционный риск.
Педагог из Краснодара представит регион в финале конкурса «Учитель года России»
19 Января
Общество

Педагог из Краснодара представит регион в финале конкурса «Учитель года России»

Заключительные испытания пройдут в Волгограде с 25 января по 2 февраля 2021 года.
09:40 Специалисты не прогнозируют на Кубани в 2021 г. сильную засуху из-за снегопадов 09:22 Жителя Армавира арестовали за неуплату штрафа 08:59 Farms for Aquatic Animals 08:49 Посетителей парка «Краснодар» попросили не кататься на санках по газонам 08:24 В Краснодарском крае температура воздуха опустится до -25° 20:06 ФРП Краснодарского края выдал льготные займы на сумму более 750 млн рублей 19:30 Кубань вошла в пятерку регионов России с наивысшим инвестиционным потенциалом 18:45 В Сочи пресекли деятельность подпольной нарколаборатории 18:22 Педагог из Краснодара представит регион в финале конкурса «Учитель года России» 17:45 На Кубани на гранты для НКО предусмотрено 133 млн рублей
Обмен трафиком СМИ2