Краснодар, 21 марта – Юг Times. «Юг Times» публикует очерк из книги известного кубанского журналиста, в котором он возвращает утраченную память о своем выдающемся земляке.
Почетный гражданин ст. Новоминской, заслуженный журналист Кубани, краевед Ноха Султханов в 2023 году опубликовал сборник «Духовник православных парижан». Ключевым в этой книге стал очерк о священнике Григории Ломако, родившемся в станице Новоминской. События в стране и жизненная позиция этого уникального человека сделали так, что он вошел в историю не только малой родины, но и православной церкви.
Впервые об этом священнике я услышал в 1973 году. О нем мне рассказал удивительный человек - Павел Иванович Копыльцов. В прошлом преподаватель истории и директор средней школы № 32 (строил и открывал ее), он работал на общественных началах диктором в редакции газеты «Кировец» и местного радиовещания, три раза в неделю знакомил с новостями и делами жителей нашей станицы. И делал это столь замечательным голосом, что его называли не иначе как «наш Левитан». По понедельникам, средам и субботам не занятые на работе новоминчане собирались дома у радиоприемников и слушали рассказ диктора Копыльцова о положении дел в стране, крае, районе и, конечно же, в Новоминской.
Фронтовик, капитан, командир роты связи, кавалер орденов Красной Звезды, Отечественной войны и ряда медалей, награжденные за успехи в развитии просвещения орденом Трудового Красного Знамени, Павел Иванович каждый год в летние каникулы отправлялся в туристические поездки. От Закарпатья до Чукотки, от Кушки до Диксона проехал он, посетил столицы всех бывших республик Советского Союза, большинство краевых и областных центров, субтропики, пустыни, тайгу, тундру, Арктику - этими маршрутами прошел наш земляк в годы путешествий. Более двух лет жизни он провел на дорогах Родины и за рубежом, побывав в двадцати семи странах. Именно он рассказал мне о Григории Петровиче Ломако, священнике из Новоминской, который в 1953 году в Париже отпевал русского писателя Ивана Бунина, первого среди русских лауреатов Нобелевской премии по литературе. Передаю услышанное от него слово в слово:
«Это была моя вторая туристическая поездка в Париж. В тот день я рано вышел из гостиницы, чтобы купить газету «Правда». Ее доставляли из Москвы самолетом ночью, и было счастьем успеть ее приобрести. Читали мы газету вслух всей группой. В ожидании доставки корреспонденции из парижского аэропорта я стоял у киоска и рассматривал обложки цветных журналов. Раннее утро, и новых покупателей не было. Поэтому я не очень-то удивился, когда киоскер на русском языке обратился ко мне с приветствием. Я тоже поздоровался с ним на русском и французском. Мы разговорились. Когда киоскер узнал, что я не просто из группы туристов из Советского Союза, а с Кубани, он мне и рассказал о том, что именно сегодня исполнилось двадцать лет со дня ухода из жизни великого русского писателя Ивана Алексеевича Бунина, первого из русских лауреата Нобелевской премии по литературе. И что среди церковных служащих, отпевавших его, был священник, кубанский казак, эмигрировавший из России в 1920 году вместе с Белой армией барона Врангеля. Об этом я никому не рассказывал, чтобы не задавали лишних вопросов, а вы первый, кто слышит сейчас эту информацию. Наш гид помог мне съездить к собору Александра Невского, даже побывать в самом храме. Ни тогда, ни позже я не смог что-либо узнать о священнике Ломако: чем он занимался, как жил. На мои расспросы в другие дни киоскер ничего добавить не мог, так как в церковь не ходил, как и его родители, в годы Гражданской войны эмигрировавшие из Советской России».
Каково было бы удивление Павла Ивановича, преподавателя истории в школе, узнай он тогда о том, что упомянутый Григорий Петрович Ломако был не только кубанским казаком, но и уроженцем кубанской станицы Новоминской, откуда и приехал сам Копыльцов.
В архивах Краснодара, Москвы и Ленинграда я ничего не нашел. Новоминские старожилы ничем помочь так же не смогли, и поэтому мой журналистский поиск тогда прервался. К счастью, ненадолго.
Случайно на книжном рынке в Краснодаре я купил репринтное воспроизведение издания «Казачий словарь справочник» (ТО «Созидание», Москва). Словарь был перепечатан с трехтомника, изданного впервые в 1968 году в Сан-Ансельмо, Калифорния, США. В нем я и нашел упоминание о священнике Григории Ломако.
Впоследствии, в процессе работы над этой книгой, на просторах интернета был найден биографический справочник французского автора Антуана Нивьера «Православные священнослужители, богословы и церковные деятели русской эмиграции в Западной и Центральной Европе 1920 1995», изданный в 2007 году, где имеется большая статья о Григории Петровиче.
Благодаря этим и другим зарубежным источникам, использованными далее в этой книге, мы можем проследить основные вехи биографии нашего знаменитого земляка.
Ломако Григорий Петрович родился 30 января 1881 года в станице Новоминской Кубанской области, умер 22 февраля 1959 года в Париже. Протопресвитер*, богослов.
Окончил Минскую духовную семинарию (1901) и Санкт-Петербургскую духовную академию (1905), однокурсник Т. А. Аметистова**. Преподаватель греческого языка, географии и истории в Екатеринодарском духовном училище (1905).
Законоучитель, член и дело производитель правления Александровского реального училища (1907).
Законоучитель и классный наставник в Екатеринодарской 2-й мужской гимназии (1908).
Иерей (1909) и настоятель кафедрального собора в Екатеринодаре, награжден набедренником (1911), cream tq (1914) и камилавкой (1917). Член хозяйственного комитета при педсовете гимназии (1915).
Жена - Екатерина Сергеевна, дети: Георгий и Кира. Член Поместного собора Православной российской церкви*** по избранию как клирик от Ставропольской епархии, участвовал в 1-й сессии, член II, XIII, XV, XVIII отделов (1917).
Настоятель Екатеринодарского кафедрального собора, председатель Екатеринодарского епархиального совета (1918).
Председатель совета Союза духовенства Кубанской обл., товарищ председателя епархиального съезда духовенства и мирян, член цер ковно-епархиального совета Кубанской епископии.
С 1918 г. - председатель Казанского епархиального совета, настоятель Свято Екатерининского собора в Екатеринодаре, протоиерей. Потерял сына-офицера, павшего в боях.
В 1919 г. - член I отдела Юго-Восточного русского церковного собора, с сентября - редактор журнала «Кубанский церковный вестник», член Комиссии по организации самостоятельной Кубанской епархии при Ведомстве внутренних дел Кубанского краевого правительства, с октября - член Временного высшего церковного управления на юго-востоке России.
Сопровождал митрополита Антония Киевского на Афон (1919), затем пребывал в Крыму; член Таврического епархиального совета, священник и законоучитель Алексеевского военного училища (1920).
Эвакуировался в Константинополь в 1921 г. Начальник пастырских курсов в Константинополе, член Карловацкого зарубежного церковного съезда (21.11 04.12.1921), член Русского всезаграничного церковного собора (1922). Настоятель церкви в Праге (01.03.1922 16.03.1922).
Священник при войсках французской армии на Ближнем Востоке с местопребыванием в Бейруте (1923-1924), настоятель храма Святого Николая Чудотворца в городе Харбие Турецкой Республики, законоучитель в школах для русских детей в Буюкдере и на острове Проти.
Настоятель Свято-Сергиевской церкви в Будапеште (18.12.1924-10.02.1927), состоял в юрисдикции митрополита Евлогия (Георгиевского), в 1924 г. награжден золотым наперсным крестом.
В 1927 г. - секретарь Епархиального собрания в Париже. Переехал во Францию. Настоятель Скорбященской церкви при доме Братства Святой Анастасии в Ментоне (01.02.1928-1940), благочинный приходов на юге Франции (04.04.1928-02.03.1948), участник V съезда Русского студенческого христианского движения (РСХД) в Клермон-Ферране (1928); помощник секретаря Совещания русских иерархов для обсуждения организации русских церквей за границей по приглашению патриарха серб ского в Сремск-Карловицах (06-19.11.1935).
Во время Второй мировой войны жил в Ницце. Помощник настоятеля собора Святителя Николая Чудотворца (01.08.1945-01.04.1948), выступал в кружке молодежи по изучению русской культуры, благочинный храмов Ниццы.
Выступал с речью на собрании в честь Дня Победы, организованном Союзом русских патриотов Ниццы и юга Франции при участии митрополита Евлогия (Георгиевского), принимал участие во встречах с наместником Патриарха Московского и всея Руси митрополитом Николаем (Крутицким) в Париже в 1945 г.
Протопресвитер (31.08.1945); член епархиального совета Русского экзархата КП (1946-1948).
С 1948 г. - настоятель храма Иоанна Предтечи в городе Беркли штата Калифорния (США), декан Свято-Тихоновской духовной семинарии (1950-1951), член Северо-Американского духовного управления.
Вернулся во Францию по приглашению митрополита Владимира (Тихоницкого) и назначен на должность настоятеля Свято-Александро Невского собора в Париже (03.05.1951-22.02.1959), почетный член Комитета по сооружению иконы-памятника Русскому воздушному флоту, председатель Общества памяти отца Иоанна Кронштадтского.
Похоронен на кладбище Сент-Женевьев-де-Буа под Парижем.
В начале XX века революционная смута в Российской империи привела к серьезным сдвигам в отношении государства к религии. Новые условия требовали значительных перемен в Русской православной церкви, и возникла необходимость созыва Поместного собора для выработки основных соборных решений, которые бы определяли дальнейшую судьбу и направления раз вития православной церкви. Собор открылся 15 августа 1917 года, в праздник Успения Пресвятой Богородицы, в Успенском соборе Московского Кремля. В деяниях Собора участвовало 564 члена: 80 архиереев и 185 клириков, большинство составляли миряне. Членом Поместного собора выпала честь стать и Григорию Петровичу Ломако - клирику от Ставропольской епархии.
Вот как описывает начало работы Поместного собора еще один его участник - митрополит Евлогий (Георгиевский)* в своей книге «Путь моей жизни»: «Русская жизнь в те дни представляла море, взбаламученное революционной бурей. Церковная жизнь пришла в расстройство. Облик Собора по пестроте состава, непримиримости, враждебности течений и настроений по началу тревожил, печалил, даже казался жутким. Некоторых членов Собора волна революции уже захватила. Интеллигенция, крестьяне, рабочие и профессора неудержимо тянули влево. Среди духовенства тоже были элементы разные. Объединенность, разброд, недовольство, даже взаимное недоверие - вот вначале со стояние Собора. Но - о чудо Божие! - постепенно все стало изменяться. Толпа, тронутая революцией, коснувшаяся ее темной стихии, стала перерождаться в некое гармоническое целое, внешне упорядоченное, а внутренне солидарное. Люди становились мирными, серьезными работниками, начинали по-иному чувствовать, по-иному смотреть на вещи. Этот процесс молитвенного перерождения был очевиден для всякого внимательного глаза, ощутим для каждого соборного деятеля. Дух мира, обновления и единодушия поднимал всех нас».
Было организовано 20 отделов, в работе четырех из них принимал участие отец Григорий: II - высшего церковного управления, XIII - духовно-учебных заведений, XV - преподавания Закона Божия, XVIII - устройства православной церкви в За кавказье в связи с объявленной грузинами автокефали ей своей церкви.
Всеобщее внимание на Соборе привлекал отдел высшего церковного управления. Тут встал жгучий вопрос: как управлять церковью - стоять ли за старый синодальный строй или за патриаршество? Левые светские профессора духовных академий и либеральные батюшки были против патриаршества. Однако их в заседаниях встречали недружелюбно. Вскоре великое потрясение принудило многих из них переменить свой образ мыс лей и стать на защиту единоличного начала в управлении церковью. Грянула Октябрьская революция.
Собор прервал нормальное течение своей работы. Выходить на улицу стало опасно. Некоторые члены рисковали жизнью, пробираясь в здание, где проходили заседания, а те, кто попадал на заседания, не могли иногда вернуться в общежитие. Положение в Москве стало столь грозным, что надо было торопиться, и 26 октября было внесено предложение: прения прекратить и проголосовать за установление патриаршества в Русской церкви. Под грохот пушек и треск пулеметов Собор проголосовал за величайший акт всей деятельности Всероссийского церковного собора 1917-1918 годов, и 5 (18) ноября 1917 года, впервые с 1700 года, со времени упразднения патриаршества, посредством жребия Патриархом Московским и всея Руси был избран митрополит Тихон (Беллавин).
Накануне Рождества 1918 года I сессия Поместного собора была вынуждена за кончить свою работу, и Григорий Петрович Ломако вернулся в Екатеринодар.
Началась Гражданская война, которая разделила Россию на две непримиримые половины. В 1919 году на полях сражений погиб единственный сын Григория Петровича, офицер Георгий Григорьевич Ломако. В мае того же года в Ставрополе, на территории, подконтрольной вооруженным силам Юга России генерала Антона Деникина, несмотря на отсутствие связи с патриархом и Высшим церковным советом, состоялся Юго-Восточный русский церковный собор. В его задачу входила организация временной высшей церковной власти на территории Юга России. Кубанский край на этом соборе представлял священник Григорий Петрович Ломако.
*Протопресвитер - высшее пресвитерское звание для лица белого духовенства в Русской церкви и в некоторых иных поместных церквах. Не является отдельной степенью священства, но есть высшее иерейское звание в белом духовенстве, подобно тому, как архимандрит - высшее пресвитерское звание в черном духовенстве.
**Тихон Александрович Аметистов (1884-1941) - видный общественный и церковный деятель русской эмиграции. 22 июня 1941 года был арестован немецкими властями и заключен на несколько месяцев в концентрационный лагерь Компьень. Скончался 28 декабря 1941 года в Париже вскоре после освобождения.
***Согласно Уставу Русской церкви, Поместному собору принадлежит высшая власть в области вероучения и канонического устроения Церкви. Поместный собор состоит из архиереев, представителей клира, монашествующих и мирян в количестве и порядке, определяемых Архиерейским собором
За всеми важными новостями следите в MAX, Telegram, во «ВКонтакте», «Одноклассниках», YouTube и на Rutube
