Краснодар, 10 сентября – Юг Times. «Юг Times» продолжает публиковать главы из книги, посвященной XX веку, которому выпала уникальная роль - соединить второе и третье тысячелетия нашей эры.
Эта книга известного кубанского писателя Владимира Рунова вышла в свет в 2019 году. В ней автор воскрешает события, пожалуй, самого наполненного противоречиями и потому столь сумбурного этапа человеческой истории - XX века. Он пытается осмыслить их, не разделяя на те, которые имели мировое значение, и те, что касались исключительно личной жизни «маленького человека». Во втрой части книги, имеющей подзаголовок «Вечное движение», события минувшего столетия изложены через воспоминания нашего выдающегося земляка, одного из основателей Международной федерации спортивной акробатики Геннадия Казаджиева.
ВЛАДИМИР РУНОВ, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани.
Продолжение. Начало в № 35 (384) В 1957 году меня пригласил на беседу тогдашний ректор Кубанского сельскохозяйственного института Петр Фиофилович Варуха и предложил работу на кафедре физвоспитания. Вскоре коллеги избрали меня ее заведующим. Кроме работы в институте мне приходилось уделять много внимания обязанностям члена президиума крайспорткомитета, работе во Всесоюзной и республиканской федерациях спортивной акробатики, быть старшим тренером сборной команды СССР по акробатике. Нелегко совместить столько нагрузок. Но это были те трудности, которые всегда приносят глубокое удовлетворение. Первому из тренеров России и Кубани мне было присвоено звание «Заслуженный тренер СССР», и я считал, что эту честь надо оправдать еще большим трудом. Все, что умел, все свои силы вкладывал в работу. В институте было создано несколько спортивных секций, появились первые мастера спорта. Агрономы, инженеры, зоотехники, ветеринарные врачи вместе с вузовским дипломом стали получать удостоверения тренеровобщественников. Я рад, что именно кафедра физвоспитания сельскохозяйственного института стала инициатором развития в крае борьбы самбо. По нашему приглашению в институтском зале проводились крупные состязания самбистов. Однажды судейскую коллегию возглавил сам А. Харлампиев, основатель этого вида спорта, строгий, насупленный старик. Он внимательно осмотрел наше «хозяйство» и остался доволен. С работой в этом институте лично для меня связано еще одно радостное событие - награждение орденом «Знак Почета». Я был безмерно горд и счастлив, что моя скромная деятельность спортивного работника была столь высоко отмечена государством. Конечно же, где бы я ни работал, чем бы ни занимался, всегда основное внимание уделял акробатике. Но все эти годы меня и моих товарищей волновал один вопрос: когда же наша отечественная акробатика получит права международного гражданства? И вот к 1972 году по предложению Федерации акробатики СССР в Софии был созван так называемый инициативный комитет по подготовке материалов и предложений к созыву учредительного конгресса, который должен был создать Международную федерацию спортивной акробатики. Советскую федерацию представляли главный тренер Спорткомитета СССР Анатолий Иванович Ропов и автор этих строк, Польшу - один из ведущих специалистов страны, заслуженный мастер спорта Конрад Зелинский, от Болгарии присутствовали ветераны спортивного движения Тодор Кукованов и Рене Ранев.
Трое суток мы провели в отеле «Балкан», определяя статьи будущего Устава федерации, программу и правила соревнований. Мы трудились с редким единодушием, потому что наш маленький интернациональный коллектив точно определил себе главную задачу будущей федерации - всемерно способствовать популяризации акробатики среди молодежи мира, активно содействовать росту массовости и мастерства, поощрять творческий поиск и смелость спортсменов и тренеров. Очень много и кропотливо нам пришлось поработать над текстами писем с приглашением национальных федераций на учредительный конгресс МФСА. В ходе обсуждения польские и болгарские товарищи выразили пожелание, чтобы местом проведения Первого учредительного конгресса стала Москва.
Вечером мы с Роповым послали телеграмму в Спорткомитет СССР с изложением этой просьбы, а утром получили положительный ответ, о чем с радостью известили наших зарубежных коллег. Около тридцати пяти лет понадобилось советским акробатам, чтобы создать основу для новой международной спортивной федерации, и вот в конце 1973 года в заснеженную Москву из многих стран мира начали прибывать делегаты Первого учредительного конгресса, который состоялся 22 ноября. За создание МФСА голосовали Стоил Сотиров и Тодор Кукованов (Болгария), Аткинсон и Типпинг (Великобритания), Матиаш Хегги (Венгрия), Бодо Шпор (ГДР), Мигуэль Соса и Педро Димас Варгес (Куба), Юрий Титов, Анатолий Ропов, Александр Бронзов, Геннадий Казаджиев и Виктор Беляйков (СССР), Жорж Ниссен (США), Мариан Галема и Конрад Зелинский (ПНР), Эмиль Глеснер, Вернер Каспер и Адольф Юнг (ФРГ) и Карло Пашу (наблюдатель из Югославии). Конгресс было поручено открыть одному из выдающихся советских спортсменов, олимпийскому чемпиону по гимнастике Юрию Евлампиевичу Титову. Слушая его теплые слова, обращенные к делегатам конгресса, я, не скрою, еле сдерживал слезы. Я вспоминал наш маленький темный зал на пыльной окраине Краснодара, крохотную сцену клуба завода «Октябрь», нашего дорогого учителя А. М. Федишина, А. К. Бондарева, В. Н. Волкова - неутомимых энтузиастов акробатики, так и не доживших до этого счастливого дня. Я голосовал и за них, и за своих друзей, простых кубанских ребят, так много сделавших для популяризации акробатики. На конгрессе царила деловая, теплая и дружеская обстановка. Единогласно были приняты все основные документы, регламентирующие деятельность будущей международной федерации.
Конгресс избрал руководящие органы. Президентом МФСА был единодушно избран представитель Болгарии Стоил Сотиров, генеральным секретарем стал Анатолий Ропов (СССР). Мне была также оказана высокая честь - я был избран председателем технического комитета.
МОЛОДЫЕ - НАША НАДЕЖДА
Меньше десятка лет прошло с того памятного дня, а как много сделано. Десятки советских акробатов носят звания чемпионов мира и Европы, обладателей Кубка мира, являются победителями крупных международных соревнований. Акробатика стала непременным компонентом всех спортивных праздников. Ее еще нет в списках олимпийских видов, но на открытии XXII Олимпийских игр в Москве она была представлена в полном объеме и блеске. Вспомните грандиозную пирамиду, составленную из загорелых мускулистых тел. На ее вершине, на высоте почти трехэтажного дома, силовая четверка акробатов демонстрировала высшее спортивное мастерство. Это огромная честь и ответственность - выступать на столь грандиозном спортивном форуме перед лицом всего мира, и эта честь была доверена кубанским спортсменам. Лев Песок, братья Владимир и Юрий Мотренко, Михаил Смирнов показали зрелое мастерство и высокое искусство, достойное звания чемпионов Европы. Каждого из них я помню в самом начале спортивного пути. В краснодарской школе № 30, где тренировались акробаты, впервые и сложилась эта четверка. Правда, тогда вместо Смирнова работал Анатолий Джаджавадзе. Выступала четверка неплохо, выполнила мастерский норматив, но более высоких целей не ставила, ибо в те времена наивысшие результаты были у четверки москвичей во главе с Юрием Золотовым. Этот почти легендарный квартет был многократным чемпионом СССР и никого не подпускал близко к акробатическому Олимпу.
И вот когда в Краснодар переехал жить и работать заслуженный мастер спорта Владимир Аракчеев, дела резко изменились. Он стал тренером новой четверки. Человек искушенный (он и его партнер Л. Ямковой были постоянными соперниками нашей пары Корнев-Ананевич), требовательный, он резко повысил нагрузки, увеличил количество соревновательных циклов.
В 1974 году грянул гром средь ясного неба. Молодая, мало кому известная четверка из Краснодара на чемпионате СССР в Ленинграде одерживает победу над золотовским квартетом. Это было неожиданно еще и потому, что москвичи буквально накануне стали победителями первенства мира, были признаны безусловно лучшей четверкой планеты. Я смотрел выступление наших акробатов на открытии Московской Олимпиады и радовался. Радовался потому, что это были воспитанники нашего кубанского спорта, нашей школы акробатики, имеющей сегодня славную историю, глубокие традиции и большие достижения...
В Краснодаре на углу улиц имени Седина и Буденного стоит большое старинное здание. Красными кирпичными крыльями раскинулось оно на два квартала. Так уж получилось, что с этим зданием связана вся моя жизнь. До войны здесь размещался институт виноградарства и виноделия, где мальчишками мы выступали на клубной сцене. Здесь и произошло наше знакомство с Ю. В. Лушниковым, братьями Ступниковыми и другими известными акробатами города.
Помню, как затаив дыхание поднимались мы по мраморным ступенькам широкой лестницы. Длинные коридоры, освещенные щедрым светом больших окон, казались нам бесконечными. Они уходили далеко-далеко, всегда сияя натертым паркетом. В те времена это было, пожалуй, самое солидное здание в городе. После войны институт разделился. На его базе образовались два высших учебных заведения - сельскохозяйственный и пищевой (впоследствии политехнический) институты. И долгие годы Кубанский сельскохозяйственный институт, где я работал заведующим кафедрой физвоспитания, помещался именно в этом старинном здании на улице Седина. Это может показаться немного сентиментальным, но когда П. Ф. Варуха предложил работать в сельхозинституте, я внутренне обрадовался, что мне придется трудиться в здании, с которым связано столько светлых и приятных воспоминаний моего детства и юности.
Потом мы переехали в новое помещение, вернее, в целый комплекс зданий, сооруженных специально для сельскохозяйственного института на западной окраине города. Это было событие тоже радостное, потому что кафедра физвоспитания получила в распоряжение прекрасный спортзал, много других учебных помещений. И уж, конечно, я не думал тогда, что пройдет немного времени, и мне снова придется возвращаться на улицу Седина, в мой старый и добрый дом. А произошло это следующим образом.
Однажды, а это было в марте 1969 года, меня пригласили в крайком партии к заместителю заведующего отделом науки и учебных заведений Анатолию Григорьевичу Барабанову. Я его неплохо знал. В послевоенное время он некоторое время тренировался у меня. Помню, на Затоне как-то летом подошел ко мне стройный парень с тонким, красиво очерченным профилем и попросил разрешения ходить в акробатическую секцию. Я, конечно, не возражал. Впоследствии узнал, что Анатолий Барабанов - мобилизованный моряк, на флоте активно занимался спортом, особенно пулевой стрельбой. Спустя некоторое время он ушел от нас к стрелкам, стал мастером спорта, был в сборной команде России, завоевывал довольно высокие места в чемпионатах республики. Может быть, и стал бы Анатолий Барабанов высококлассным стрелком, но увлекся наукой, защитил диссертацию, потом перешел на партийную работу. Словом, немногие знали о славном спортивном прошлом Анатолия Григорьевича Барабанова к тому времени, когда я был приглашен к нему на беседу в крайком партии.
Встреча у нас была сердечной, а разговор - несколько неожиданным для меня.
- Вы знаете, Геннадий Карпович, что Центральный комитет партии принял не так давно постановление «О дальнейшем развитии физкультуры и спорта в стране», - сказал Барабанов. - Так вот, во исполнение этого постановления по ходатайству крайкома КПСС в Краснодаре открывается институт физической культуры.
Честно говоря, я был и удивлен, и обрадован. Между тем Барабанов продолжал:
- Меня сегодня утвердили ректором, и в этом новом качестве я хочу вам сделать предложение - кем бы вы хотели работать в институте физкультуры?
Видя мое замешательство, Барабанов уточнил:
- Проректором согласны?
Честно говоря, все это - новый институт, его ректор, предложение - было для меня столь неожиданным, что я в полном смысле слова растерялся. Что ответить? У меня хорошая, интересная работа, налажен контакт с коллегами. Опять же, здесь новое дело, начинать нужно с нуля... Хватит ли сил?
Словно угадав мои сомнения, Барабанов сказал:
- Я понимаю вас - решение принять нелегко. Но я рискнул сделать это предложение, потому что в институте предполагается специализация и по акробатике. Мы будем готовить специалистов высшей квалификации, и ваша помощь будет очень нужна.
Вся моя жизнь была связана с акробатикой - мог ли я в этом случае ответить отказом? Конечно, нет!
Я дал согласие, но, конечно же, не проректором.
- На этом посту, Анатолий Григорьевич, должен быть ученый, человек, хорошо знающий организацию научной работы и учебного процесса... - судя по всему, мои доводы были созвучны мыслям ректора. Он засмеялся и тут же сказал:
- Ну а должность декана спортивного факультета вам подойдет? -
Это, пожалуй, мне по плечу! Через короткое время нам освободили пару комнат в здании по улице имени Седина. С них и начался Краснодарский институт физкультуры. И вот я снова хожу по старым, знакомым до мельчайших щелочек коридорам. Вначале нас было двое - ректор и я. Все наше хозяйство умещалось в портфеле. Потом появились первые сотрудники. Физкультурный вуз сразу прочно и солидно вставал на ноги. Из Кубанского медицинского института к нам перешли профессор Елена Карповна Аганянц, доценты Адольф Борисович Ходос и Вениамин Аронович Якобашвили. Они составили крепкое научное ядро, с первых дней начали заниматься организацией научной работы на уровне высших олимпийских требований.
Продолжение следует.
За главными новостями следите на наших страницах во «ВКонтакте» и Facebook
За всеми важными новостями следите в MAX, Telegram, во «ВКонтакте», «Одноклассниках», YouTube и на Rutube
