Погода
18 Июня 2021
Общество

Наш торопливый век

Источник фото: : 24minus.ru
Источник фото: : 24minus.ru

Краснодар, 18 июня – Юг Times. «Юг Times» продолжает публиковать главы из книги, посвященной XX веку, которому выпала уникальная роль - соединить второе и третье тысячелетия нашей эры.

Эта книга известного кубанского писателя Владимира Рунова вышла в свет в 2019 году. В ней автор воскрешает события, пожалуй, самого наполненного противоречиями и потому столь сумбурного этапа человеческой истории - XX века. Он пытается осмыслить их, не разделяя на те, которые имели мировое значение, и те, что касались исключительно личной жизни «маленького человека». Поэтому национальные лидеры и простые рабочие здесь изображены с одинаковой честностью и правдивостью. Из череды их судеб и складывается общее течение торопливого века.

ВЛАДИМИР РУНОВ, писатель, доктор филологических наук, профессор КГИК, кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры России, заслуженный журналист Кубани и Адыгеи, Герой Труда Кубани.

Продолжение. Начало в № 35 (384) 

Мне иногда страшно становится от стремления даже через время понять, почему талантливые, штучные люди, которых поцеловал Бог, охотно устремлялись в мир мерзостей, расчесывая и без них давно расчесанные язвы. 

«А еще вечером около забегаловки, - пишет в своих знаменитых дневниках, без всякого сомнения, гениальный Юрий Нагибин, - куда я попал по милости своего безволия, пьяненькая, маленькая, не старая бабенка говорила, дожевывая кусок вареной колбасы: 

- Я пьяная! Так ведь у меня выходной. Я, думаете, плохая? Нет, я хороший, рабочий человек. - И помолчав: - Пойдем ко мне... 

Сегодня я с удивительной силой понял, как страшно быть не писателем. Каким непереносимым должно быть страдание нетворческих людей. Вот мне сейчас очень тяжело, но я знаю, что обо всем этом когда-нибудь напишу. Боль становится осмысленной... Как страшно все бытие непишущего человека. Каждый его поступок, жест, ощущение, поездка на дачу, измена жене, каждое большое или маленькое действие в самом себе исчерпывает свою куцую жизнь, без всякой надежды продлиться вечности. Износились костюмы, обветшали декорации, стерлись слова, как старые пятаки, актеры смертельно устали, - уныло, без увлечения и таланта, без темперамента и страсти, играют они в миллионный раз дрянной спектакль - «Человечество». 

Утро человека начинается бурной физиологией. Человек гадит, мочится, издает звуки, харкает и кашляет, чистит протухшую табачищем пасть, вымывает гной из глаз и серу из ушей, жрет, рыгает, жадно пьет и остервенело курит. Насколько опрятнее пробуждение собаки...»

И это все Нагибин - автор множества блистательных произведений: «Остров любви», «Председатель», «Белая сирень» и еще, еще, еще. 

Самый страшный роман о Великой Отечественной войне написал в конце жизни любимый мною Виктор Астафьев, назвав его более чем многозначительно - «Прокляты и убиты». Автор, тогда рядовой красноармеец, лежавший на излечении в кубанской станице Васюринской, вспоминает: 

«На машине, на трофейной, до блеска вылизанной, прибыла начальница госпиталя, подполковник медицинской службы Чернявская. Тень в тень вылитая начальница из львовского распределителя, разве что телом еще пышнее и взглядом наглее. Брезгливо ступив в нашу палату, отпнув от дверей веник, которым мы ночью сметали с матрацев червей, клопов и вшей, натрясенных из Васиного гипса, она рыкнула на санитарку. Издали от дверей же мельком глянула на младенчески тихо спящего Васю, обвела нас непримиримым, закоренелым ненавистью утомленным взором давно, тревожно неправедно живущего человека. 

- Та-ак! - криво усмехнулось медицинское светило...» 

Я убежден, когда творцы уровня Нагибина и Астафьева столь выразительно живописуют простонародную безысходность, то лично мне становится понятно, почему в тайных «схронах» особо впечатлительных и излишне ранимых хранятся безотказные ревнаганы. 

Однажды, правда, уже в лихие девяностые, посещая дом замечательного кубанского писателя и удивительного человека Вагаршака Христофоровича Мхитарьяна (к великому сожалению, неизлечимо больного), я заметил, что под кроватью, прямо за «уткой», лежит надежный, как кувалда, «народный» пистолет ТТ. 

С его помощью, увы, по сию пору решаются проблемы выхода из непроходных душевных тупиков. 

Тем более поводов к этому в России для излишне вибрирующих людей всегда предостаточно, особенно тогда, когда их вот так, до неприличного предела, обостряют литературные титаны. 

С Вагаршаком, слава богу, ничего подобного не приключилось. Он ушел сам - тихо и ночью. 

Живите, мои дорогие читатели, долго и счастливо! Любящий вас Владимир Рунов. 


ВЕЧНОЕ ДВИЖЕНИЕ 

Небольшую книжицу под таким названием я написал сорок лет назад. Это была моя первая литературная работа, точнее, то, что называется «литературная запись», под обложкой которой официальный автор Геннадий Карпович Казаджиев написал: «Моему дорогому Владимиру Викторовичу Рунову - корреспонденту и комментатору моей юности, вдохновителю и соавтору этой книги, с глубоким уважением и признательностью от акробатов Советского Союза и автора. Казаджиев. 3.07.81 года». 

Если точно, то тогда я уже не был корреспондентом, поскольку усилиями двух Иванов - тогдашнего секретаря крайкома партии по идеологии Ивана Павловича Кикило и председателя краевого комитета по телевидению и радиовещанию Ивана Илларионовича Степанова - был с треском изгнан из Краснодарской студии телевидения с должности старшего редактора прямо на улицу (таковы были крайние меры для ослушников). 

Укрытие нашел, как ни странно, в крайисполкоме, на должности помощника заместителя председателя по вопросам капитального строительства, архитектуры и жилищно-коммунального хозяйства. Я счастлив, что за 17 лет работы на том посту встретился с тремя руководителями (Игорь Николаевич Крюков, Виктор Данилович Артюшков и Валерий Григорьевич Чинякин). Дольше всех (10 лет и 10 дней) я работал с Артюшковым, и горжусь, что одна из улиц Краснодара сегодня носит его имя. 

От них я получил очень многое, прежде всего знания и бездну опыта. К сожалению, никого уже нет в живых: ни тех, кто меня гнал, ни тех, с кем я проработал почти 20 лет, забыв о журналистике, казалось, навсегда, поскольку все: газеты, радио и телевидение - находилось в рабской зависимости от крайкома партии, где я пребывал в списках радикально черного цвета. Какая тут, извините, журналистика, живым бы остаться!.. 

Но это не мешало мне продолжать дружить с самыми достойными людьми замечательного города Краснодара: великим строителем Михаилом Владимировичем Лантодубом, Героем Советского Союза Степаном Андреевичем Неустроевым, первым в стране заслуженным тренером СССР Геннадием Карповичем Казаджиевым, лучшим тренером мира по прыжкам на батуте Виталием Федоровичем Дубко, доктором исторических наук Иваном Ивановичем Алексеенко, заслуженным мастером спорта СССР Василием Мачугой и многими другими, кто составлял силу и гордость любимой всеми нами Кубани. 

Много лет спустя я понял главное в нашей не очень благодарной профессии - журналистике: что там надо обязательно сражаться за убеждения. Причем не столько за политические (я всегда был и остаюсь советским человеком), а за обычную человеческую порядочность, без которой хороший журналист и правдивая журналистика просто невозможны. 

Сегодня из десяти тысяч книжиц «Вечное движение» в наличии осталась одна. Я ее снова перечитал и считаю, что она не потеряла своей актуальности, потому как люди уровня Казаджиева - это наша национальная гордость, со всеми степенями ее достоинств. 

Геннадий Карпович Казаджиев, почетный гражданин города Краснодара, скончался в последний день августа 2003 года в возрасте 79 лет. Среди его многочисленных наград есть несколько знаковых: медали «За оборону Кавказа», «За взятие Вены», «За освобождение Белграда», «За взятие Будапешта» и, наконец, «За победу над Германией». Вот таков ратный путь, начатый вчерашним десятиклассником при обороне Пашковской переправы через реку Кубань и законченный на реке Дунай. 

Временами я слышу его голос, чуть хриплый, доброжелательный, с длинными паузами, поскольку, вспоминая свою необыкновенную жизнь, он часто погружался в мир своего поколения, на плечах которого страна выходила из самых трудных положений. Прочтите его записки, и вы поймете, какой значимости, великой убежденности и человеческой простоты были люди тех времен...


 ГОРОД РОДНОЙ 

Большой спорт приучает человека к мобильности. Сменяются города, страны, впечатления. За свою долгую спортивную жизнь я побывал во многих крупных городах нашей страны, ездил и за границу, но всегда главным и самым дорогим городом для меня был Краснодар. Много раз, особенно в разгар своих спортивных выступлений, я получал соблазнительные предложения сменить место жительства, предлагались более удобные условия для тренировок, высокие должности, перечислялись на выбор крупные города, что уже само по себе сулит определенные преимущества. Словом, когда спортсмен в расцвете своей славы, всегда найдутся люди, готовые заполучить в команду зрелого мастера. Они лихо оперируют при этом аргументами, главным образом материального характера, не забывая сказать и о прелестях столичной жизни. Честное слово, подчас молодому парню или девушке трудно устоять перед столь заманчивыми предложениями. Голова кружится в сладком тумане. 

Мне, правда, по сравнению с нынешними чемпионами было легче. Я и мои сверстники были довольно зрелыми людьми, многие прошли фронт. Другими глазами смотрели мы на жизнь... 

Не хочу касаться этой темы (она хорошо известна и неплохо описана в различных статьях и выступлениях, да и сам я много раз имел возможность наблюдать, как ломались под грузом незаслуженных благ спортивные и человеческие судьбы). Не хотел, а так уж получилось... Но лично для меня сомнений в этом смысле никогда не было. 

Наверное, как у каждого кавказца, во мне особенно развито чувство привязанности к родным местам. До боли сердечной я люблю свой край, свой город, в котором родился и вырос, где прошли мое детство, юность, где, в общем-то, счастливо сложилась моя судьба... 

Отец мой, Карп Сергеевич Казаджиев, родом из Грузии, из маленького горного селения Ахалкалаки, что притаилось в глубокой каменистой лощине, на берегу бурного и холодного ручья. Здесь и образовалась наша семья. Молодость моих отца и матери пришлась на тревожные двадцатые годы. Отец в те дни редко бывал дома, вместе со своими товарищами - комбедовцами он ездил по уезду, агитировал крестьян за Советскую власть, сколачивал первые коммуны. Худой, заросший, поздно вечером приходил он домой, устало валился на единственный стул и долго сидел так в полной темноте. Зажигать лампу было опасно. Часто ночью откуда-то с гор в долину стекались черные тени. И тогда рвала тишину винтовочная канонада. Многие активисты сложили в ту пору свои головы под бандитскими пулями. Били и в самое больное - стараясь запугать, местное кулачье нередко вырезало семьи комбедовцев, не жалея ни старого, ни малого. Часто в отсутствие отца мать с крохотным младенцем на руках (моим старшим братом) пряталась по соседским погребам и подвалам, опасаясь мести белобандитов. Переживания за отца, постоянная боязнь за свою жизнь и ребенка вконец измотали ее здоровье, и тогда отец решил увезти семью подальше от Ахалкалаки, туда, где его совсем не знали. Выбрал Кубань, Краснодар - город, где Советская власть уже крепко встала на ноги, где можно было прочно и надежно начинать новую жизнь. 

Я знаю то тревожное время лишь по рассказам, так как родился уже на Кубани, и родной город вошел в мои первые детские воспоминания светлым спокойствием чуть сонных улиц, ярким гомоном Сенного базара, терпким дымом летних кухонь, перемешанным с вкусным запахом жареных баклажанов. 

Вечером, кажется, весь город на Красной. Хрустит под ногами оранжевая скорлупа от вареных раков. Запах свежего пива спорит с ароматом чайных роз. Нарядная толпа движется в сторону парка культуры имени Горького, где гремит медь гарнизонного духового оркестра. В то время в моде были старинные вальсы «Амурские волны», «Осенний сон», «Грезы». Мне казалось тогда, что парк этот был бескрайним - темными зарослями уходил он куда-то за железную дорогу и круто обрывался в бурные воды Кубани. Вековые деревья, посаженные еще по распоряжению войскового атамана, смыкались тяжелыми кронами, они хранили свежую прохладу даже в самый жаркий полдень. 

Мы жили на окраине, и часто утром я просыпался от петушиных криков. Надрывая могучие глотки, увесистые кочеты старались перекричать друг друга. Не отставали от них и собаки. В Краснодаре их вообще было великое множество, что заметил еще Владимир Маяковский. У нас, у пацанов, была забава - палкой на бегу лихо протарахтеть по ребрам штакетника, что приводило в полное исступление сидящего за забором пса. И тотчас, как цепная реакция, начинался собачий концерт. Иной раз выходил за калитку хозяин и кричал вслед с напускным гневом: «Ах ты, черноголовый!» 

Сверкая голыми пятками, мы мчались что есть духу домой, а за спиной, словно обвал, грохотала и рвалась к подворотням разномастная псарня, сотрясая воздух визгливым лаем. 

Я нежно люблю пацанов. У них все чисто и однозначно - любовь и неприязнь, энтузиазм и озорство! Мальчишки ведь без озорства не могут - такова уж их природа, и как важно в юном возрасте направить клокочущую энергию в правильное русло. 

Продолжение следует


За главными новостями следите на наших страницах во «ВКонтакте» и Facebook

Читайте также:

Горбольница Новороссийска по нацпроекту получила новое оборудование
28 Июля
Общество

Горбольница Новороссийска по нацпроекту получила новое оборудование

Уже за первый месяц работы нового оборудования помощь оказана более 50 пациентам.
В Анапе для молодежи провели цикл профилактических мероприятий
28 Июля
Общество

В Анапе для молодежи провели цикл профилактических мероприятий

Также была организована экскурсия в центр кинологической службы МВД.
В 2021 году в Краснодаре капитально отремонтируют 241 многоквартирный дом
28 Июля
Общество

В 2021 году в Краснодаре капитально отремонтируют 241 многоквартирный дом

Фронт работ для каждого дома согласовывают с жильцами индивидуально.
На Кубани утверждены предметы охраны семи памятников архитектуры
27 Июля
Общество

На Кубани утверждены предметы охраны семи памятников архитектуры

Все они находятся в историческом центре Краснодара.
МФЦ в Краснодарском крае обработали в 2021 году более 3,5 млн обращений
27 Июля
Общество

МФЦ в Краснодарском крае обработали в 2021 году более 3,5 млн обращений

Лучших руководителей и сотрудников наградил вице-губернатор Александр Руппель.
10:44 Избирательные участки Сочи готовят к голосованию на парламентских выборах 10:36 На Кубани подвели итоги выдвижения кандидатов на выборах депутатов федерального парламента 10:05 Горбольница Новороссийска по нацпроекту получила новое оборудование 09:57 В Анапе для молодежи провели цикл профилактических мероприятий 09:37 В 2021 году в Краснодаре капитально отремонтируют 241 многоквартирный дом 09:19 В Краснодаре пройдет профилактическое мероприятие «МОТО-ВЕЛО-СИМ» 20:00 На Кубани утверждены предметы охраны семи памятников архитектуры 19:29 МФЦ в Краснодарском крае обработали в 2021 году более 3,5 млн обращений 19:14 Первая в России научная школа в области нейронаук стартовала в университете «Сириус» 19:10 В Краснодаре возбудили уголовное дело из-за разрисованного граффити дома
Обмен трафиком СМИ2