Краснодар, 30 октября – Юг Times, Екатерина Елисеева. Напряженность противостояния с немецко-фашистской армией не помешала состояться выставке картин российского художника-мариниста.
В октябре 1941 года - в разгар Великой Отечественной войны в Краснодаре появились афиши, приглашающие горожан посетить выставку картин Ивана Айвазовского. Полотна известного живописца, рискуя собственной жизнью, эвакуировал из Феодосийской картинной галереи ее директор Николай Барсамов вместе со своей супругой.
У же в августе 1941 года сотрудникам Феодосийской картинной галереи поступило распоряжение подготовить самые ценные экспонаты для эвакуации. Среди населения сразу же начались разговоры, что вывозить картины Айвазовского из города никто не имеет права, потому что это нарушение воли известного живописца, который завещал галерею Феодосии. В целесообразности эвакуации картин сомневались и сами сотрудники музея: во время морского пути корабль могут разбомбить, и тогда картины безвозвратно пропадут для будущих поколений. Но еще страшнее было оставить их в городе. Ведь коллекции многих музеев к этому времени уже погибли в пламени войны.
СПАСТИ ВСЕ КАРТИНЫ
Накануне директор галереи художник Николай Барсамов и его супруга Софья Александровна узнали, что в боях на Южном фронте погиб их единственный сын Володя - студент Московского художественно-промышленного института.
Получив трагическое известие, Николай Барсамов все же решил, что не может сейчас опустить руки, ведь эвакуация картин находится полностью на нем и от него зависит сохранность известных полотен.
Срок эвакуации держался в строжайшем секрете. Немцы уже стояли в Перекопе, поэтому единственный путь выхода из Крыма был морем. Директор галереи даже договорился, чтобы вывезти все полотна, а не только самые ценные, как это предусматривала инструкция Комитета по делам искусств при СНК СССР. Упаковали даже временную выставку - 55 картин из Симферопольской галереи. Именно они потом легли в основу вновь организованной галереи, коллекции которой погибли при эвакуации в Керченском порту.
Уже в середине сентября все картины упаковали, а большие и средние накатали на валики - так весь груз смог поместиться в один товарный вагон.
Вскоре из Симферополя пришло распоряжение закрыть галерею. В этот же день директор в последний раз собрал всех сотрудников.
«Выяснилось, что никто не сможет сопровождать галерею в эвакуацию, - напишет позже в своей книге воспоминаний Николай Барсамов. - У нас работали пожилые семейные женщины, имевшие детей. Они и в мирное время не выезжали никуда за пределы Феодосии. Могли ли они пуститься в опасный путь, да еще взять на себя ответственность за сохранность ценного груза?»
Распустив всех сотрудников, директор со своей супругой остались в галерее одни. Но тут к ним на помощь неожиданно пришли ученики художественной студии, которой Николай Барсамов руководил много лет.
«Некоторые из них перешли жить в наш дом и поселились в моей мастерской. Они фактически стали «общественными» сотрудниками галереи: дежурили в галерее и на крыше во время налетов на город фашистской авиации», - вспоминает Барсамов.
А еще ребята помогали упаковывать картины для их последующей транспортировки: сколачивали валики и ящики. Для этого в ход шли фанерные щиты, библиотечные стеллажи и деревянные перегородки.
«ПОЧЕМУ МОБИЛИЗУЕТЕ?»
Город усиленно готовился к обороне. Практически всех мужчин призвали в армию, оставшиеся в городе женщины и подростки копали противотанковые рвы и строили на улицах заграждения. Во время упаковки картин директору галереи принесли повестку из военкомата.
- С этой повесткой я сейчас же отправился в горсовет и, волнуясь, начал доказывать секретарю, что не могу выполнить распоряжение военкома... Не дослушав меня, он схватил телефонную трубку и закричал: «Что вы там, с ума сошли?.. Почему мобилизуете Айвазовского? Что у вас, людей нет? Вы же знаете - он готовит галерею к эвакуации». Меня, конечно, освободили от призыва и разобрались, что я не Айвазовский, а всего-навсего Барсамов.
Ночью 29 сентября директора с его супругой вызвали в горсовет. Председатель сообщил им, что немцы уже в 20 километрах от Феодосии, и на следующий день от города отправится последний теплоход, на котором и должна быть эвакуирована галерея. После этого он спросил, кто будет сопровождать груз. Времени на размышления не было, и директор ответил, что поедет с супругой вдвоем.
А утром их ждал неприятный сюрприз: не оказалось ни одной свободной машины, чтобы отвезти ящики с картинами в порт. Через два часа поисков Софье Александровне удалось все-таки договориться, чтобы из военной части выделили хотя бы на час автомобиль.
НА ВОЛОСОК ОТ ГИБЕЛИ
Тем временем в порту на теплоход уже грузили оборудование Феодосийского консервного завода, несли раненых из военного госпиталя. Все спешили, так как времени оставалось совсем немного.
Николаю Барсамову с супругой едва удалось пробраться на палубу и устроиться возле своего груза. Утомленные бессонной ночью, они сразу же уснули.
- Проснулся я на рассвете, - пишет в воспоминаниях директор галереи. - Неожиданно раздалась пулеметная стрельба. Нас нашел-таки немецкий бомбардировщик, по нему открыли стрельбу моряки. Стал слышен огонь зенитных орудий - оказывается, наш транспорт шел в сопровождении военного корабля, который стрелял по самолету. Сделав два захода над нами и не сбросив бомб, бомбардировщик скрылся.
- Днем теплоход уже причалил к Новороссийску. Но и тут Николая Барсамова поджидали испытания: все вагоны оказались заняты предметами для нужд фронта, и никто не хотел везти картины в Краснодар.
- В сумерках, когда казалось, что все пути исхожены, мы сели отдохнуть. Опять взошла луна. В порту стало тихо и безлюдно. Мимо проходил какой-то человек. Софья Александровна окликнула его, - пишет директор галереи.
Прохожим оказался один из сотрудников железнодорожного вокзала. Узнав, что супруги сопровождают картины Айвазовского, он сразу же дал команду грузить ящики с полотнами известного живописца в воинский эшелон, на котором отправлялся медперсонал.
САМЫЙ ВКУСНЫЙ БОРЩ
К обеду поезд прибыл в Краснодар.
- Прежде всего мы пошли в буфет и съели по два обеда каждый. Очень вкусным нам показался горячий борщ. Возможно, наш аппетит еще усилился от сознания того, что первая часть задания выполнена - картины в безопасном месте, - рассказывает Николай Барсамов. - С вокзала направились прямо в художественный музей. Здесь нас приняли как старых друзей незнакомые нам люди - директор музея Александра Осипова и хранитель Михаил Богоявленский. Нам выделили комнату для жилья и ящиков с картинами, и мы наконец свободно вздохнули. Вскоре в залах Краснодарского музея развернулась выставка картин Ивана Айвазовского, которая имела большой успех у горожан и состоялась лишь благодаря стойкости и мужеству директора галереи, простого художника Николая Барсамова и его верной супруги - Софьи Александровны.
За главными новостями следите на наших страницах во «ВКонтакте» и Facebook
За всеми важными новостями следите в MAX, Telegram, во «ВКонтакте», «Одноклассниках», YouTube и на Rutube
