Погода
56.99 64.15
10 Октября 2018
Интервью

Иван Квашура: В службе приставов мы как финансовый спецназ по крупным делам

Источник фото: из личного архива Ивана Квашуры
Источник фото: из личного архива Ивана Квашуры

Руководитель одного из ключевых подразделений Управления ФССП России по Краснодарскому краю об особенностях своей работы, аферистах-застройщиках и психологизме семейных драм.

Бывает так, что суд выносит решение, однако оно не исполняется. Тогда в дело вступают приставы. Именно они — главные специалисты и действующие лица в часто неприятной, но крайне необходимой процедуре принудительного исполнения судебных актов. Их работу легкой не назовешь. Она подразумевает необходимость изучения большого количества документов, доскональное знание законодательства, постоянное высокое напряжение — моральное и физическое, общение с не желающими отдавать долги людьми и и организациями… И тем не менее, есть люди, которые находят себя в этой профессии и не мыслят себя вне ее.

Один из них — Иван Квашура, начальник отдела — старший судебный пристав в межрайонном отделе судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств УФССП России по Краснодарскому краю.

— Иван Александрович, расскажите, как становятся приставами. Скажем, в системах МВД и ЧС есть свои образовательные учреждения. А в службе судебных приставов имеются некие аналоги ведомственных вузов или училищ?

— У нас все немного не так. В России нет специализированного учебного заведения, в котором бы готовили именно судебных приставов. Эта тема неоднократно обсуждалась на самом высоком федеральном уровне, но вопрос пока остается открытым.

Сегодня требования к соискателям и претендентам на службу в наших рядах предельно просты: нужно иметь высшее образование по юриспруденции или экономике. Затем — стажировка, изучение профильного законодательства и тестирование. Если все в порядке, человек зачисляется на вакантную должность.

— Как и когда в ФССП пришли непосредственно вы? Это был сознательный выбор или некое стечение обстоятельств, предопределившее судьбу?

— У нас очень много молодежи. И я сам тоже пришел в ведомство еще студентом. Это было одиннадцать лет назад.

А получилось все так. Я поступил в Академию маркетинга и социально-информационных технологий, проучился два курса и почувствовал, что сделал неправильный выбор. Начал, что называется, искать себя. Понял: мое призвание — право. Далее было два варианта — коммерческая деятельность или государственная гражданская служба. Бизнесу и неопределенности я предпочел госструктуру и стабильность.

Как сейчас помню: стажировался буквально две недели, а 16 октября 2007 года приказом был зачислен на службу в Динской районный отдел судебных приставов. С тех пор прошло уже более 10 лет, и не было случая, чтобы я пожалел о том решении.


ОБЪЕМ РАБОТЫ ВЫРОС В ТРИ РАЗА

— Вы возглавляете межрайонный отдел судебных приставов по исполнению особых исполнительных производств. В чем заключается специфика работы вашего подразделения, чем она отличается от функций других структур ФССП?

— Мы являемся своеобразным ведомственным спецназом — наша «особость» в том, что работаем с делами высокой социальной значимости. В сферу деятельности моего отдела попадают юридические лица, имеющие задолженность свыше 20 миллионов рублей, и физические лица с долгами, превышающими 10 миллионов рублей.

Сюда стоит прибавить исполнительные производства, где истцом является прокурор региона; работу по взысканиям по штрафам с граждан, совершивших коррупционные преступления; дела по сносу многоэтажных жилых домов; взыскания в пользу бюджета и так далее. Насколько успешна эта работа, наглядно демонстрирует статистика. В течение

прошлого года мы взыскали в краевой бюджет порядка 2 миллиардов рублей налоговой задолженности. То есть от качества нашей деятельности в немалой степени зависят благополучие Кубани и темпы ее социально-экономического развития. Наверное, в этих словах имеется изрядная доля пафоса, однако это так.

— Краснодарский край — один из самых населенных российских регионов. А вас - всего 15 человек. Не маловато ли? Какова загрузка?

— Конечно, маленькой ее не назовешь. Если смотреть в динамике, то рост очень серьезный.

По итогам 2014 года, когда я возглавил отдел, у нас было около 4,5 тысячи исполнительных производств, а по результатам 2017-го - уже 15 тысяч. То есть рост трехкратный. Правда, три года назад и приставов было только 8, а не 15, как сейчас, но даже при этом очевидно, что нагрузка значительно увеличилась.

Есть приставы, у которых полторы тысячи производств в год, но бывают и те, кто ведет 200. Служба у нас одна, а специфика - разная. Одни занимаются штрафами по уголовным делам, другие - взяточниками… Нагрузку я распределяю в зависимости от квалификации и опыта сотрудников, а также сложности производств. В целом — да, приходится непросто, но мы справляемся.


В ОСНОВЕ ВСЕГО - ПРИНЦИП ДОВЕРИЯ

— Сколь высок, на ваш взгляд, уровень квалификации судебных приставов-исполнителей — ваших подчиненных? На чем этот уровень отражается и каким образом подтверждается?

— Когда возглавил отдел по исполнению особых исполнительных производств, у меня в подчинении было всего три человека. Постепенно формировал коллектив, самостоятельно подбирая кадры. Так что со мной сегодня трудятся люди, которым я доверяю.

В целом у нас строятся отношения не на основе вертикали начальник-подчиненный, а на принципе доверия. Слов — минимум, понимание друг с другом на уровне взгляда. У меня нет оснований сомневаться в квалификации сотрудников. Это профессионалы своего дела. В основном они имеют стаж 6-7 лет работы в ведомстве. Исключение - несколько новичков, но я вижу их потенциал, уверен, у них большое будущее в нашем ведомстве.

— Несколько лет назад в некоторых крупных городах реализовывался проект «Рейтинг приставов», инициатором которого был президент Ассоциации корпоративного коллекторства Дмитрий Жданухин. Кубанские приставы в этом рейтинге значились?

— Я знаком с этим исследованием. Однако на Кубани оно не проводилось. Зато у нас есть собственный - ведомственный рейтинг. И меня очень радуют его результаты. Скажем, по итогам 2017 года сотрудник моего отдела Анна Варнавская была признана лучшим судебным приставом-исполнителем сначала в Краснодарском крае, а потом и в ЮФО.

Чтобы вы поняли, сколь значимо это достижение, скажу, что только у нас на Кубани в региональном управлении работает около 2 тысяч человек. В ЮФО, думаю, более 10 тысяч.


МЕЖДУ ДВУХ ОГНЕЙ

— Какие исполнительные производства являются самыми распространенными?

— Однозначно, самые массовые — кредитно-финансовые дела.

Есть такая структура — федеральное Агентство по страхованию вкладов. Оно призвано обеспечить функционирование финансовой системы в сфере защиты прав участников рынка. В частности эта организация занимается взысканием долгов в пользу государства с потерявших лицензию и обанкротившихся банков. А у нас на Кубани в последние годы таковых было немало.

Вот через это агентство к нам идет около 6 тысяч исполнительных производств. Это дела и по долгам самих кредитно-финансовых структур Центробанку, и по долгам физических лиц банкам, лишившимся лицензий.

Ну и плюсом к этой категории - те производства, которые возбуждаются по случаям задолженностей действующим банкам. Все-таки экономические проблемы, порожденные кризисом 2014-15 годов, и сложности последующего периода привели некоторых россиян, в том числе и кубанцев, к невозможности исполнять свои обязательства по кредитам.

— Понятно, что заниматься нужно всеми делами, которые ложатся к вам на стол. Но наверняка есть категория производств, которая является самой нелюбимой. Если это предположение верно, объясните, какие дела и почему — наиболее сложные в работе.

— Есть такие дела. Скажу о себе лично. Когда работал простым приставом, очень не любил исполнительные производства по семейным спорам, предусматривающим порядок общения с ребенком родителей, прошедших через развод. Это всегда драма, которая не оставляет равнодушным и пристава. К тому же ситуация всегда накалена с двух сторон, и как бы строго ты ни исполнял требования судебного решения, всегда для кого-нибудь останешься виновным во всех смертных грехах — или в глазах матери, или в глазах отца. Оказываешься словно между двух огней...


ПРЕПЯТСТВОВАТЬ НИКТО НЕ ВПРАВЕ

— С какими службами и ведомствами вы, возбуждая исполнительное производство, наиболее тесно контактируете, чтобы найти должника и/или заставить его погасить имеющуюся задолженность?

— В первую очередь, согласно закону об исполнительном производстве, мы взаимодействуем с органами внутренних дел. При этом в ходе принудительного исполнения имеем право запрашивать и получать всю интересующую нас информацию о фигуранте дела и у других структур и ведомств. Мы должны узнать имущественное положение должника и исполнить решение суда — в этом никто не вправе нам препятствовать.

— Как часто приходится входить в контакт с банками, в которых у должников имеются расчетные счета? Не нарушает ли этот принципа банковской тайны?

— Мы регулярно направляем запросы в кредитно-финансовые учреждения. В подавляющем большинстве случаев сразу находим понимание и получаем необходимую информацию.

Правда, буквально на днях был иной случай. Нам отказались предоставлять сведения о фигуранте дела, сославшись как раз на банковскую тайну. Мы составили протокол, привели нормы законодательства, и в банке признали, что были не правы. В итоге мы достаточно оперативно получили интересовавшую нас информацию.


В КАЗНУ ВЕРНУЛИСЬ МИЛЛИАРДЫ

— У вас в производстве встречаются резонансные дела? Скажем, те, которые были возбуждены в отношении застройщиков — обанкротившихся или изначально реализовывавших мошеннические схемы...

— Все дела, проходящие через межрайонный отдел, в большей или меньшей степени резонансные. Но, конечно, среди них выделяются исполнительные производства в отношении застройщиков. Это крайне болезненные ситуации, которые затрагивают интересы граждан, вложивших деньги в недвижимость, но квартир так и не получивших.

Сейчас у нас 6-7 застройщиков, которые являются злостными неплательщиками. Хорошо, когда у них есть какое-то имущество, и мы успели его арестовать. А иначе дело плохо, и ничего изменить не можем. Этот вариант касается случаев, когда имело место банальное мошенничество - организатор получил деньги и скрылся с ними, не оставив никаких активов.

Мы ведем работу по каждому случаю и стараемся найти скрытые мошенниками ресурсы для возвращения гражданам их средств. Наша служба использует разные инструменты, чтобы обеспечить возврат средств по долгам - перед бюджетом, контрагентами, банками, гражданами. Среди них запрет выезда за границу, лишение специальных прав у владельцев автотранспорта, арест счетов и имущества…

Инструментов много, каждому - свое место и время. Есть и чисто финансовая мера воздействия. В соответствии с законом мы даем должнику пять дней на добровольное погашение задолженности. Если лицо - физическое или юридическое - не предпринимает к этому никаких шагов, применяем исполнительский сбор. Размер этой санкции - 7% от суммы задолженности. При больших долгах (а мы, напомню, именно ими и занимаемся) эта финансовая мера оказывается очень действенной.

— Государственные ведомства - это структуры, деятельность которых во многом оценивается через призму статистических данных. Каковы они в краевом управлении ФССП?

— Цифр много, и все они - важные. Я назову лишь одну из них, но, пожалуй, ключевую.

По объему поступлений, взысканных судебными приставами, Краснодарский край находится на третьем месте после Москвы и Московской области. За 2017 год мы обеспечили бюджету поступление порядка 4,687 миллиарда рублей. Думаю, сама эта цифра говорит о той роли, которую выполняет наша служба. Работа приставов-исполнителей часто незаметна, однако крайне эффективна.


Валерий Каменский

Читайте также:

Юрий Щербинин: Власть и бизнес должны найти компромисс, который преобразит Краснодар
12 Декабря
Интервью

Юрий Щербинин: Власть и бизнес должны найти компромисс, который преобразит Краснодар

Известный архитектор о проекте реконструкции исторического центра кубанской столицы.
Николай Долуда: Кубань определила векторы развития казачества России
05 Декабря
Интервью

Николай Долуда: Кубань определила векторы развития казачества России

Атаман ККВ о создании Всероссийского казачьего общества.
Олег Жарко: В центре нашего внимания международный бизнес и его рост
28 Ноября
Интервью

Олег Жарко: В центре нашего внимания международный бизнес и его рост

Экономика Краснодарского края сегодня немыслима без международных компаний.
Юнус Эмре Озигджи: Турция постоянно ведет активную гуманную внешнюю политику
21 Ноября
Интервью

Юнус Эмре Озигджи: Турция постоянно ведет активную гуманную внешнюю политику

В Краснодарском крае базируется около 40 предприятий с турецким капиталом.
Александр Капустин: Старые трассы не отвечают требованиям современности
14 Ноября
Интервью

Александр Капустин: Старые трассы не отвечают требованиям современности

Главный госавтоинспектор Кубани об итогах летнего дорожного сезона.
Ирина Безуглова: В край переселяются тысячи жителей регионов РФ и граждане стран СНГ
07 Ноября
Интервью

Ирина Безуглова: В край переселяются тысячи жителей регионов РФ и граждане стран СНГ

Краснодарский край является одним из главных направлений миграционных потоков.
20:55 Дела и мечты Андрея Гаряева 20:40 В Краснодарском крае в ДТП с автобусом пострадали 10 человек 17:42 В Краснодаре завершилась городская Олимпиада по ментальной арифметике 17:20 Сбербанк дарит новогоднее настроение людям с инвалидностью 17:06 Гражданский форум Кубани пройдет в марте 2019 года 16:47 ВТБ нарастил выдачу кредитов наличными в 1,5 раза 16:34 A View from Geneva 16:13 В Брюховецком районе открыли новую котельную 15:52 В лесах Кубани щепки летят — 2 15:24 В районе стадиона «Краснодар» планируют построить пешеходный переход
Обмен трафиком СМИ2